Я остановилась у массивного входа в особняк и вышла, объяснив охране, кто я и куда. Они связались с домом и открыли мне ворота. Я проехала и припарковалась справа, замечая, что ни одной машины Даниеля нет, только БМВ Клер. Отлично. Я зашла в дом, где меня встретил Лео и провёл на третий этаж в спальню.
-Наконец-то,— фыркнула Клер, когда я зашла.
-Что ты хотела?—устало спросила я.
-Итак, что ты натворила, что Даниель сказал, что теперь занимаюсь я всем и тебя не трогать?— зло посмотрела она.
-Ничего, я сказала, что у меня много работы, и, как ты заметила, мы не ладим,— спокойно ответила я и прижалась спиной к стене, сложив руки на груди.
-Я что, много от тебя хотела?— закричала она.— Я просила тебя о маленьком одолжении, а ты даже его выполнить не можешь. Ты что завидуешь мне и хочешь расторгнуть свадьбу? Не выйдет, милочка, он не любит таких, как ты.
-Ты бредишь, сестрёнка,— протянула я, забавляясь её гневом и красным лицом,— мне твой Даниель не нужен. Не ревнуй, Клер, тебе ещё предстоит жить с ним. А сколько он тебе будет ещё изменять,— притворно ужаснулась я.— Так что прибереги эти чувства для брака.
-Ты всегда думала, что ты лучше меня!— закричала мама.— Чем? Что ты фыркаешь и стремишься к самостоятельности? Сколько я для тебя сделала, а ты неблагодарная сука! Надо было тебя продать когда предлагали, а не терпеть! Ты должна быть мне благодарна за всю свою жизнь!
-Что?— уже закричала я.— Благодарна? За что? Да пошла ты, даже говорить с тобой больше нет желания,— я развернулась и вылетела из спальни.
-А ну стой пигалица,— кричала Клер и бежала за мной,— я тебе счёт выставлю за все, что я на тебя потратила!
-Да?— я остановилась на верху лестницы, ведущей на первый этаж,— тогда и я тебе выставлю счёт за то, что я каждое утро перед школой оттирала твою блевотину с пола по всему дому, и это с семи лет. Что я терпела унижения и оскорбления в школе всю свою жизнь. Что я, как проклятая, работала с тринадцати, чтобы тебе было, что есть. Ведь все деньги ты проматывала или на наркотики, или на лечение от половых заболеваний. Я выставлю тебе счёт за то, что я с двенадцати запирала свою комнату, когда ко мне ломились твои клиенты, пока ты была под дозой. И в тринадцать, и в четырнадцать. В пятнадцать, я заболела и мне было плохо, у меня была высокая температура, и я спустилась в одну из твоих оргий, и пока пыталась найти хоть одну таблетку, я швыряла в твоего кобеля ножи и вилки, чтобы не подходил. А знаешь ли ты, почему я последний год школы ночевала часто у Тори, когда приходил твой, как его Дон. Потому что когда он оттрахал тебя, он выломал дверь ко мне, а я спала! Я мать твою спала, а он разорвал на мне майку, и я проснулась от ужасного запаха и слюнявого рта, который облизывал меня. Он ударил меня, он пытался меня изнасиловать, а я боролась! И я не знаю, как, не знаю, кто мне помог найти в себе силы и вырваться, я выбежала из дома. Я бежала босиком и держала разорванную майку, и добежала до Тори! — я уже не чувствовала слез, которые бежали по щекам, ничего, я снова переживала все отвращение той ночи, тот ужас и страх.— И знаешь, я заявила на него, но он поймал меня у школы, и дал ногой в живот, и сказал, чтоб я забрала заявление, иначе он изнасилует меня и отдаст по рукам. А тебя вместе с домом сожжёт! И теперь, даже если мне нравится кто-то, я не могу подпустить к себе, потому живу прошлым. Потому что, когда он меня целует, я вновь и вновь возвращаюсь туда! А я хочу, почувствовать его запах и ощутить снова вкус его губ, хотя я знаю, что он не для меня. И даже если я готова отдать этому мужчине всю себя, ты не даёшь мне это сделать! Потому что ты допустила это, потому что ты грязная шлюха! Так у кого будет счёт круче, а Клер?
-Боже мой,— услышала я полный изумления и ужаса голос.
Я повернула голову и встретилась с тремя мужчинами, которые находились в шоке: Даниель, Рики и Лео. Боже, когда я перестану попадать в унизительное положение перед Даниелем? Такое чувство, что все стихии против меня. И он слышал, слышал весь тот ужас, который я говорила.
Надо было молчать! Молчать и даже не вспоминать об этом, ведь я разворотила пчелиный улей, и теперь мне будет выдаваться доза яда, чтобы моя жизнь превратилась в ад.
-Она все лжёт!— завизжала Клер.
Я закрыла глаза и снова открыла их. Достоинство, сейчас, главное, уйти! Я смотрела мимо мужчин на дверь, вот моя свобода.
-Да, она права, я же актриса,— холодно ответила я и начала спускаться.
-Лана,— глаза Даниеля блестели болью и сочувствием, когда я проходила мимо него.
Вот чего мне не надо, так этого! Ты такой же, как и все! Не надо устраивать очередной спектакль!
-Даже не смей ко мне прикасаться,— прошипела я, когда его рука только потянулась к моей.
-Даниель, ты же не веришь ей, правда,— я слышала истеричный голос Клер.
Но я дольше не желала находиться тут, этот красивый особняк испачкан Клер, её гнилью, и этот запах никогда не выветрится.
