Думая так, Макс мог объяснить половину своих вопросов и опровергнуть половину уже найденных ответов. Ещё одна деталь, места которой он не мог найти, но всё же было до одури приятно понимать, что он идёт верным путём. Среди сгоревших заметок остались контакты повязанного, который точно знал больше, чем Рада. Контакты Макс не помнил, но он отлично помнил, откуда их взял изначально. Решительно отложив тетрадь, Чтец прислушался к разговору Рады и Миши.
Они как раз пришли к соглашению, что Раду следует покатать по миру, дать посмотреть поселения, чтобы она могла лучше понять, чего хочет, и теперь пытались состыковать эту идею с желанием Макса оказаться в Москве как можно быстрее.
– Неважно. – Макс позволил себе насладиться недоумёнными лицами своих спутников. – Я с самого начала предлагал то же самое, и я хотел начать с… У тебя есть карта?
Он принял из рук Миши аккуратную ламинированную карту России.
– Другие более точечные, – будто извиняясь, сказал Бессмертный, но Макс решительно указал обратной стороной карандаша на Екатеринбург.
– Здесь, чуть восточнее, есть поселение, разводят коров. Никаких стен от нечисти, и я знаком со старостой.
– Да, я там бывал. – Бессмертный задумался. – Место действительно неплохое. Приветливые люди, большая территория, речка рядом, всегда есть чем заняться.
– Тогда едем туда? – не слишком уверенно спросила Рада.
– Туда. Но сначала нужно набрать воды, у нас почти не осталось. Крюк небольшой. Здесь рядом есть местечко, куда я обычно заезжаю от памятника.
Вытащив автодом из леса, Миша уверенно направил его через заброшенный городок, вновь на окружённую лесом трассу и дальше. Макс сидел рядом, пристально вглядываясь в дорогу. Он не привык занимать пассажирское сиденье, доверять себя и свою судьбу посторонним, но сейчас за рулём был Миша, и Макс так и не сумел найти ни одной адекватной причины не довериться ему.
За креслами грустно топтался брошенный Слава. Ему не досталось места впереди, а диван, на котором они завтракали совсем недавно, снова оккупировала играющая с блохастой кикиморой Рада. Каждый раз, когда автодом подпрыгивал, проезжая по побитой жизнью дороге, Кот грустно вздыхал. Макс молча ждал, когда тому надоест.
Надоело примерно через полчаса. Очередной раз грустно вздохнув, Слава взъерошил свои и без того лохматые волосы и подошёл к дивану. Макс слышал, как он, осторожно присев с краю, начинает болтать:
– Однажды я видел, как пять таких кикимор сожрали упыря.
– Разве они едят упырей? – удивилась Рада.
– Да нет вроде. Я не очень понял, что они не поделили, но эти мелкие разорвали упыря в клочья так, что он уже не встал. Смотри, видишь, какие клыки?
– Ага!
Рада явно была не против поговорить о кикиморе.
– Здорово, что ты можешь с ней общаться. – Кот даже не пытался скрыть зависть, впрочем, завидовать по-чёрному он, кажется, совершенно не умел. – Я вот вообще низшую нечисть не понимаю, даже когда проваливаюсь.
– Проваливаешься?
На месте Славы Макс предпочёл бы держать в тайне подобный дефект, однако Кот, похоже, в самом деле гордился им.
– Ну, у меня это, болезнь такая или типа того. Душа плохо в теле держится и иногда на закате или в особые дни вываливается, а если рядом большая нора нечисти, я туда попадаю и могу там бродить. Но даже так болтать только с чертями в основном и выходит, ну и с этими, всякими, которые к ним близко. Только этим надо давать разрешение, а это может, ну, плохо может кончиться. Я ж не повязанный ни с кем, меня почти все сожрать хотят, душу в смысле. Но это им сложнее, чем когда есть тело, да и я не дурак. Один раз я почти продал чёрту глаза, но потом я его обманул. Короче, это весело. У меня там каких только приключений не было!
О том, что принципа возвращения в своё тело он до сих пор не понял, Кот предпочёл умолчать. Максу вдруг до одури захотелось вмешаться и рассказать, какое приключение было у него, когда как-то вечером Слава рухнул ему под ноги трупом и отказался шевелиться. Чтецу пришлось таскать при себе бездыханную тушу Кота около четырёх дней, проклиная всех и вся и истово молясь, чтобы тело его напарника не сдохло за время отсутствия души. Вернувшись назад, Слава сожрал почти все имеющиеся у них запасы и бодро заявил, что это было ещё недолго. Макс тогда почти пожалел о том, что связался с этим типом. Почти.
Впервые они встретились в апреле, на одной из отвратительно людных, на взгляд Макса, стоянок. Макс, в очередной раз оставшийся без напарника, остановился там на перезарядку и держался в стороне от остальных не только из обычной осторожности: ему были неприятны их беззаботные лица. Несколько грузовых фур с охраной, какие-то цивилы, возвращающиеся из южного поселения, где они зимовали, пара охотников-одиночек и целый отряд от Инквизиции. Для того, чтобы сделать общество ещё более отвратительным, не хватало разве что Мотыльков и Томкиного мужа.
