Помимо земледелия, крестьяне разводили птицу и животных, похожих на коз. С остальным животноводством тут как-то не очень сложилось. Разве что собака какая будет в деревеньке. Лошадка местная, если деревня зажиточная, иначе сами в плуг впрягались. Да кот, самый обычный, домашний, в доме заведется. А зачем больше? Когда вышел в лесостепь подальше – а там всяких животин аж до горизонта. И не очень-то и пуганные. Хотя, можно запросто из охотника в дичь превратиться. Помимо охоты занимались рыбалкой. Сами ткали полотно, делали глиняную и деревянную посуду. Короче, не особо отличались от земных крестьян средневековья. Ежели бортничал кто – охотно делился идеей с пасекой. Мне не жалко.
Тропинка ушла в сторону от реки и превратилась в накатанную колею, сдобренную навозом. Идти пришлось по обочине. Деревни превратились в нормальные поселения на пятьдесят и больше домов нормального размера. Народ, завидев Тимку, вначале воспринимал нас негативно. Но потом сарафанное радио сработало, что ли, или жители были не пуганные. На Тимофея смотрели как на диковинку, но в сторону уже не шарахались. Нам и оставался-то один дневной переход до Заречья и впереди лежала только одна деревня. Когда…
- А где жители? – заозирался Найк, когда мы вошли в поселение.
Действительно. Околица будто вымерла. Не, местные куры за заборами кудахтали, но…
- Вон пацан местный. – сказал Натан, указывая на ребенка лет шести в серой рубахе до колен, из-под которой выглядывали голые ноги, стоящего за плетнем – Давайте спросим?
- А то вы не знаете? – ответил пацан, кося глазом на Тимку.
- Знали бы – не спрашивали. - ответил Натан.
- Дык это… Церковники ведьму поймали. – ответил пацан – Сжигают на площади. Вот всех туда и погнали. А что это у вас за зверь такой?
- Кот это. – пробормотал я – И не зверь вовсе. Что еще за ведьма?
- Во как! – восхитился пацан – А выглядит как зверь. Но такой хороший… И мягкий… Можно погладить?
- Что за ведьма? – проигнорировал я вопрос пацана.
- Да какая там ведьма... – махнул рукой ребенок – Так, стыд один. Ни дождь на поле привадить не может. Ни заговор от зубов сотворить. Молодая больно. – и, увидев наши изумленные взгляды, засмущался: – Мамка так говорит.
- За что же ее жечь? – влез в разговор Натан.
- Не знаю. – пожал плечами мальчишка, в данный момент времени его внимание целиком и полностью захватил Тимофей – Так можно вашего зверя погладить?
- Гладь. – разрешил я – И покажи в какой стороне у вас тут площадь.
- Знамо где. – ответил ребенок, осторожно поглаживая Тимку – В центре деревни. Как у всех.
- У вас девок живьем жечь национальная забава, что ли? – спросил Найк парней, шагая по улице.
Краем глаза я отмечал, что далеко не все жители отправились посмотреть на бесплатное зрелище. Из-за некоторых заборов-плетенок на нас настороженно поглядывали разномастные глаза. Ну, а посмотреть было на что…
Мы с Найком в легких скафандрах «Турист\Охотник», сейчас сменившие окраску на оливковый, соответствующая треккинговая обувь на ногах, а к одежде и, тем более, к обуви, тут относятся более чем серьезно. Это дорого. Это очень дорого. Одежда и обувь тут носится до последнего, когда совсем уже приходит в негодность. И это некий показатель статуса. Встреченный нами первым мальчонка в рубахе – скорее всего, не обычный житель, а сын, может внук, зажиточного жителя этой деревни. Ибо основная масса детишек в таких поселениях гоняет голышом, максимум тряпку вокруг бедер обернут, когда подрастут немного. А девки верх надевают только тогда, когда грудь набухать начинает. На Земле одежда в средневековье тоже была очень дорогая и показателем статуса.
За спинами объемные рейдовые рюкзаки. Не сказать, что тут народ заплечных котомок не знает, но с рейдовыми рюкзаками на сто литров у меня и сто двадцать у принца вряд ли знакомы. Мечи наши, опять же. Длинный клинок – это тоже статус. Как мы сами видели, местные воины обходятся копьем и топориком. Булава иногда. Кинжалы. Но меч – это уже уровень не меньше сотника. А глядя на наши богато разукрашенные ножны, можно было и выше статус поставить.
Рядом с нами, такими красивыми, выступали Натан и Марик. К этому времени сменили большую часть одёжки на местную. Портки, рубаха кожаные остались от тарков. Безразмерные сапоги поменялись на лапти с онучами прям в первом поселении. Хреново, имея размер ноги тридцать один, носить классные сапоги размером сорок четыре. Вот сколько ты туда сухого мха не напихай – все равно ноги собьешь. А еще, с большой вероятностью, еще и заражение получишь. Так что прямо в первом поселении выменяли им лапти с онучами. И в итоге проблем не знали.
Ну и наш Тимофей. Который красиво выступает головняком, распугивая клацаньем зубов и низкочастотным урчанием вкупе с пристальным взглядом зеленых глаз всех встречных-поперечных.
Прям музыки эпичной не хватает. Четверо героев при поддержке одного шибко хитрого животины идет освобождать принцессу из лап… Кстати, а из лап кого?
