— Ты тогда был погружен в подготовку к войне. Да и кроме того, исчезновение Лотэссы Линсар так разозлило тебя, что мне не хотелось лишний раз возвращаться к этой теме.
— Впрочем, в то время я бы лишь удивился вместе с тобой и Тирсоном. А вот теперь все, похоже, становится на свои места.
— В каком смысле? — Элвир чувствовал досаду оттого, что в свое время упустил что-то важное.
— Энья Линсар утверждала, что не убивала Шалену, точнее не покушалась на нее. Девчонка была совершенно уверена, что ее фрейлина выжила, хотя и не могла знать этого наверняка… если только не допустить, что она и в самом деле — провидица.
— Не убивала, но ранила? — уточнил Торн.
— В том-то и дело, что нет. Говорит, что сначала пырнула ножом себя, и что кровь в комнате — ее собственная.
— Для чего ей убивать себя? — явная нелогичность поступков эларки прямо-таки терзала Элвира.
— Говорит, хотела меня разжалобить, думала, что отпущу ее домой в Элар, увидев, что бедняжка готова руки на себя наложить. Тактик из нее, конечно, тот еще.
— И как она, потеряв такое количество крови, скакала по дворцу, а потом по городу?
— Не знаю, — раздраженно ответил Валтор. — Она утверждает, что рана несерьезна. Важно другое. Энья Линсар настаивает на том, что из дворца ее вывела Шалена. Как ни безумно это звучит, но вполне может оказаться правдой.
— Согласен, — Элвир задумчиво кивнул. — Шалена во всех тайнах Ортейна разбирается получше нас с тобой. Но зачем ей помогать эларской девчонке бежать, рискуя своим положением?
— Об этом неплохо бы расспросить ее лично.
— А как же рана? Может, Лотэсса Линсар и утверждает, что ранила себя, но Шалена уж точно заполучила удар кинжалом в грудь, пусть не смертельный и заживший слишком быстро.
— Энья Линсар заявила, что ее фрейлина ранила себя сама, с целью избежать подозрений и наказания за побег королевской заложницы. Теоретически такое возможно. Но все это только порождает новые вопросы. Думаю, нам стоит поговорить с Шаленой. Пожалуй, я вызову ее с мужем в столицу.
— Само собой, без этого не обойтись. Но меня куда больше интересует, зачем эта странная девушка вновь заявилась к тебе. Неужто только затем, чтоб очистить себя от подозрений в убийстве?
— С нее сталось бы, — хмыкнул Валтор. — Но нет. Оказывается наша бедняжка бежит от ненавистного брака… с кем бы ты думал?
— Чего тут думать, — Торн пожал плечами. — Всем известно, что дочка герцога Линсара просватана за принца Нейри Ильда. Неужели жених ей настолько ненавистен?
— Младший Ильд, надо думать, вполне устраивал Лотэссу Линсар в качестве супруга… в отличие от старшего.
— Чего?!
— Представь себе, по словам эньи Линсар, король Элара воспылал к ней настолько безумной страстью, что пошел не только на расторжение ее помолвки с собственным младшим братом, но и всерьез вознамерился развестись с Шафирой Тарнийской. Не могу поверить, что речь идет о том самом коронованном слизне, которого мы много лет видели в Йеланде Ильде.
— Вот и мне это покоя не дает, — признался Элвир. — После победы над Дайрией, его словно подменили. Или еще раньше. Он избавился от своих фаворитов. Осведомители Риза Нолана и мои собственные докладывают, что не сегодня завтра бывших негласных правителей Элара ждет публичная казнь. Самое забавное, что их обвинили в похищении той самой Лотэссы Линсар, Мы-то знаем, что девчонка гостила у нас, а вот Йеланд то ли искренне заблуждается на сей счет, то ли просто повод нашел избавиться от бывших любимцев.
— Не удивлюсь, если так и есть, — Валтор по привычке облокотился о край письменного стола. — Не скажу, что мне жаль этих мерзавцев, но нам их разрушительная деятельность была на руку. Впрочем, мы все равно не смогли воспользоваться плодами их вмешательства в политику и экономику Элара. Так что я не стану горевать, если Ильд их казнит. Я поступил бы так же, только намного раньше.
— Дело ведь не в Мертоне, Падде и Сворне, а в короле Йеланде. Он изменился. Начал вести себя… как король. Не самый умный и дальновидный, но король. Принимает смелые, хоть и идиотские решения. Если он и впрямь вознамерился развестись с тарнийской принцессой ради женитьбы на дочке Линсара, то рискует нарваться на невиданный скандал. Что ж, в добрый путь. Мы-то этому только порадуемся, — мрачное удовлетворение от промаха эларского короля приятно грело душу. — А невеста, говоришь, против этого союза? Не хочет девочка примерить корону великой державы?
— Не хочет, учитывая, что к короне прилагается Йеланд Ильд в качестве мужа. Прах и пепел! Я ее понимаю! Будь у меня сестра, не выдал бы ее за Ильда, какие бы политические выгоды не стояли на кону.
Про себя Торн порадовался тому, что для Валтора есть вещи более значимые, чем выгодные династические союзы. Тем проще будет поднять вопрос о собственной женитьбе. Однако, заботясь о своей судьбе, Элвир не собирался переживать о сердечных делах Лотэссы Линсар. Красивая девочка, пусть и странная. Но что такое разбитое сердце какой-то эларской девицы, когда на другой чаше весов — благо Дайрии?
— Как я понимаю, она просит у нас убежища?
Валтор кивнул.
