Еще один враг убит, но стоило тому рухнуть, как глазам графа открылась тягостная картина. Прямо перед ним на земле лежал поверженный Стард с мечом в груди, а имториец упирался ему ногой в живот, вознамерившись вытащить свое оружие. Старый друг и соратник графа был еще жив, хрипел и захлебывался кровью. Страшное зрелище отвлекло Ладарда от собственной схватки. Он пропустил удар и резкая боль пронзила плечо. Ему хватило сил отбить следующий удар и кое-как продолжить бой. Раненое тело отказывалось повиноваться командам разума, движения стали хаотичными и неловкими. Но граф продолжал сражаться и почти удивился, когда его меч нашел сердце врага. И в тот же миг он почувствовал, как сталь входит в его собственную плоть. Кто-то ударил в спину. Что ж, война есть война. Как холодно, зато почти не больно. Серая мгла подбиралась все ближе, окутывая все вокруг и скрадывая краски мира. Но перед тем, как она окончательно поглотила свет, Ладард успел заметить, что северные ворота полыхают веселым рыжим пламенем. А значит, у них получилось. Все было не зря!
Улицы Тиариса заливало полуденное солнце. Город нежился в объятиях лета, утопал в зелени, играл яркими красками цветов на клумбах и подоконниках. Все вокруг дышало спокойствием и безмятежностью, не только природа, но и люди. Элвир смотрел из седла на горожан и про себя дивился ленивому благодушию, которое читалось на большинстве лиц. Люди с удивлением смотрели на большой конный отряд, но через некоторое время отворачивались и возвращались к своим делам, а чаще — к безделью.
Наверняка, хотя бы некоторые слышали о стычках на границе, но явно не считали, что это хоть как-то их касается. Со столичными жителями всегда так: пока война не подкатится к их стенам, она — не более, чем тема для досужих разговоров. Пока где-то далеко идут сражения, горожан, уверенных в собственной безопасности, волнуют не чужие смерти и захваченные территории, а возможный рост цен и перебои с поставками продовольствия и прочих товаров из провинций. Вот и сейчас, недавно проигранная эларская кампания — лишь повод поворчать на недальновидность молодого короля, а захват приграничных городков — скорее недоразумение, чем повод для беспокойства.
Впрочем, безразличие горожан к событиям на границе сейчас явно на руку. Не хватало только паники. Валтору и без того достаточно забот. Пусть уж лучше простой люд занимается своими делами и поменьше лезет в политику. Хватит и знати, без устали чешущих языками на тему, как королю следует управлять государством. Стоит государю потерпеть первую неудачу, как любой дворянчик начинает мнить себя умнее и дальновиднее монарха. Нескольких дней, проведенных при дворе после возвращения, хватило, чтобы всласть наслушаться подобных разговоров.
Кроме того, по пути в Сагани, умники, рассуждающие о политике и военных кампаниях встречались, чуть ли не в каждом замке. Ах, если бы его величество прислушался к голосу своих разумных подданных, Дайрия не оказалась бы в столь печальном для себя и смешном для прочих держав положении. Ну, конечно! Будто идея короля идти на Элар не пользовалась самой горячей поддержкой тех же самых людей, что сейчас осуждающе качают головами. Даже Лард, и тот не возражал хотя, казалось бы, ему, как управителю казны положено критически воспринимать проект, предполагающий столь масштабные траты. Впрочем, главный казначей, как и верховный канцлер накануне злополучной войны думали больше о семейных проблемах, чем о государственных. Что ж, теперь им, всем вместе, предстоит думать не о прошедшей войне, а о грядущей.
Торн не тешил себя ложными надеждами на то, что конфликт с Имторией исчерпан. Да, им удалось одержать полную победу, отбив у захватчиков Сагани, Низалис и все окрестные земли. Но это скорее начало войны, чем конец. Даже, пожелай Валтор забыть о нападении имторийцев и счесть инцидент исчерпанным после возвращения захваченных территорий, вряд ли король Имтории на этом успокоится. Айшел Риони объявил себя ни много ни мало императором. Пока не ясно, какие земли Доэйи он считает входящими в состав своей империи, однако, на счет Дайрии сомневаться не приходится. Не то, чтобы имторийское вторжение грозило Дайрии потерей независимости, но сейчас совершенно не подходящее время для любой войны. Мало того, что приходилось с опаской поглядывать в сторону Элара, который вдохновившись победой, может в любой момент нанести ответный удар. Так теперь еще и Имтория возомнила себя достаточно сильной, чтоб урвать себе кусок ослабленного неудачной кампанией соседа. При всей нищете Имтории, надо отдать должное ее армии — отлично организованной и практически постоянно боеспособной. В общем-то содержание этой армии и поглощало большую часть казны короля Айшела Имторийского.
