Покинув Небесный зал, Тэсс оказалась в просторной приемной, где ее дожилась верная графиня Фиделл. После приторных, порой двусмысленных, любезностей дайрийских кавалеров девушка искренне обрадовалась обществу почтенной фрейлины. Даже ее ворчание по поводу лживых сантэрцев казалось глотком свежего воздуха. Но больше всего Лотэсса мечтала остаться в одиночестве, отдаться своим грустным мыслям и просто выплакаться.
После яркого света, отраженного стеклянным куполом Небесного зала, глаза отдыхали в полумраке коридоров, где темноту разгонял лишь тусклый свет факелов. Тэсса, уже довольно хорошо изучившая дворец решила немного сократить путь, пройдя по открытой галерее, несмотря на промозглый холод и протесты спутницы.
Она любила эту галерею, с которой открывался вид на озеро. Правда сейчас в конце осени, да еще и ночью темные воды озера почти сливались с темным небом, а в черных остовах облетевших деревьев парка чудилось что-то жуткое. И все-таки Тэсс была рада вдохнуть свежего воздуха, подставить разгоряченное лицо холодному ветру, раствориться во мраке осенней ночи.
Она провожала глазами тучи, гонимые по небу лихим ветром, когда внезапно послышался звук шагов. Девушка мгновенно оторвалась от перил и непроизвольно метнулась к стене, под защиту спасительной темноты. Сейчас ей было в тягость встречаться с кем бы то ни было, тем более — разговаривать. Хотя, конечно, смешно рассчитывать, что ее не заметят, да и эна Фиделл не собиралась скрываться. Если бы человек шел в том же направлении, что и они, Тэсса постаралась бы ускорить шаг, чтоб покинуть галерею прежде, чем столкнется с ним. Но он шел навстречу.
Однако досада быстро сменилась знакомым волнением, когда Лотэсса разглядела в темноте фигуру мужчины. Да уж, кажется, Дайрийца она узнает и с закрытыми глазами, не то, что в полутьме и на приличном расстоянии. Расстояние между ними быстро сокращалось. Тэссе показалось, что король ускорил шаг. Может быть, и он узнал ее?
Теперь уже даже графиня поняла, кто идет к ним навстречу и присела в реверансе, низко склонив голову. Тэсс запоздало последовала ее примеру. Впрочем, ее положение позволяло не опускать глаза долу при встрече с королем. Однако смотреть Валтору в глаза, она почему-то не решилась и сосредоточила взгляд на короне из литого серебра с большим темным камнем посередине. В зале она видела, что камень синий, но сейчас он казался черным.
— Энья Линсар, — голос короля прозвучал непривычно холодно. — Эна э-ээ…
— Фиделл, ваше величество, — поспешила представиться фрейлина. — Графиня Фиделл. Мой покойный муж…
— Не сомневаюсь, что он оказал Дайрии неоценимые услуги, — бесцеремонно оборвал король. — Эна Фиделл, я бы хотел перемолвиться с эньей Линсар парой слов наедине. Вы не могли бы нас оставить? А вы, энья Линсар, надеюсь найдете самостоятельно дорогу до своих покоев?
Лотэсса заметила, что король против обыкновения не поцеловал ей руку и ни разу не обратился по имени. В совокупности с его тоном это не предвещало ничего хорошего. Не понимая, чем на этот раз она заслужила немилость Дайрийца, Тэсс тем не менее, тут же почувствовала себя виноватой.
— Я, право, удивлен, встретив вас тут одну.
— Я была не одна, — она оглянулась на торопливо удалявшуюся фрейлину.
— Вот я и удивляюсь, что вы предпочли своей свите общество пожилой дамы, — король явно ехидствовал.
— В отличие от вашего величества мне свита не положена, — она почти с удовольствием вспомнила их прежние перепалки. — Однако вы тоже отчего-то в одиночестве.
— Вас это не касается.
А вот это уже откровенная грубость. Валтор очень редко допускал подобный тон в разговорах с ней.
— Пусть так, — Тэсс напустила на себя смиренный вид. — Думаю, мне лучше уйти, чтоб не нарушать уединение вашего величества. Доброй ночи, эн Малтэйр, — она не удержалась, чтоб не уколоть его прежним обращением, хотя сейчас оно вряд ли было уместно.
Девушка развернулась, намереваясь догнать графиню, но Валтор внезапно преградил ей путь, опершись рукой о стену.
— Вы уйдете не раньше, чем я позволю. Я не просто так остановил вас, энья Линсар. Мне давно хочется поговорить о вашем поведении.
— Что?! — Тэсс была ошарашена. — Что в моем поведении вас смущает? До этого, признаться, даже маменька не делала мне замечаний на сей счет.
— И очень зря. Ей бы стоило научить вас скромности.
— Вы понимаете, что обижаете меня? — дрожь, охватившая Тэссу, казалось, слышалась и в голосе.
— Понимаю, — спокойно и безжалостно ответил Валтор. — И делаю это намеренно. Должно быть, поклонение принца, а затем и короля Элара вскружило вам голову. Вы решили, что вам мало эларских мужчин и занялись дайрийскими?
— Вы несете чушь!
— А вы забываете, с кем говорите.
— Прошу прощения, ваше величество, — на сей раз Тэсс не пряталась за показным смирением и тон ее мало подходил для извинений. — Ваши мужчины бесконечно раздражают меня и злят.
— Это ваши мужчины. И по вам не скажешь, что вы находите их общество неприятным.
