Сардер поперхнулся и наконец замолчал, обиженно поджав губы. Он отвернулся от стола, всем своим видом показывая, что не намерен больше участвовать в военном совете, на котором выслушивают детей.
Быстро подойдя к Луне, огненный правитель подбодрил ее:
– Выкладывай свою идею, девочка.
– Так вот, – заново начала она. – Ни один человек не может проникнуть сквозь купол. А животное? Особенно подземное животное – может?
В зале повисла гробовая тишина.
Первым пришел в себя Гелиодор.
– Ох, спички-свечки! – он хлопнул себя по коленям. – А ведь девочка права! Мы совсем не подумали про животных! Скажи-ка, Сардер, сможете ли вы научить какую-нибудь мышь, чтобы она украла ключ и передала его Титаните… Хотя остается проблема – как потом перетащить Титаниту к нам? К сожалению, она совсем не мышь…
– А если ее превратить в мышь? – задумчиво протянул Сардер.
Идея захватила его, и он благополучно забыл, что решил не участвовать в обсуждении. Ему даже стало стыдно перед Луной. Девочка действительно предложила гениальный план. Поэтому Сардер значительно сбавил тон и даже кривовато улыбнулся.
– Надо посовещаться с Цитриной. Она как-то говорила, что в стародавние времена существовали заклинания, с помощью которых можно превратить человека в животное или птицу. Но желающих превращаться особо не находилось, так как заклинание вызывало весьма неприятные ощущения. Да и незачем было. Мы ведь и так постоянно общаемся с животными, а летать можем при помощи жителей Кристаллиума… В итоге эти заклинания не использовались много лет, а потом забылись за ненадобностью. Но у Цитрины они где-то есть, я уверен.
– Угли мне в печенку! – гаркнул Гелиодор. – Так можно кому-то из нас превратиться, под землей пробраться в логово ведьмы и вытащить Титаниту. Девочка, да ты гений!
Луна скромно сидела на краешке стула, опустив глаза в пол, а внутри у нее все звенело от восторга.
«Наконец-то я смогла хоть чем-то помочь!» – радовалась она и благодарно чесала пузо Фиччику, ведь план родился у нее в голове, когда она глядела, как хранитель роется в куче земли под окном зала советов.
Не откладывая в долгий ящик, Гелиодор, Сардер и заметно повеселевший Александрит собрались к Цитрине. Они позвали с собой и Луну, чтобы та познакомилась с еще одним петрамиумом. Подойдя к конюшне, девочка с восторгом поприветствовала кинувшегося к ней Огонька.
– А чем его можно угостить? – спросила она Гелиодора, когда Огонек стал настойчиво тыкаться ей в ладонь тяжелой мордой. – Что он больше всего любит? Морковку, яблоки или сахар?
– Ты не поверишь. У моего Огонька свое, особенное лакомство, – и он показал на металлическое ведро, накрытое плотной крышкой, которое принес помощник конюшего.
Луна с любопытством заглянула туда и отпрянула. Лицо обдало жаром.
– Но это же угли!
– Ага, за ними он пойдет куда угодно.
Огонек, почуяв угощение, радостно заржал и застучал копытом, из-под которого в разные стороны брызнули тысячи огненных искр. Не успев долететь до земли, они с тихим шипением гасли. Так что напрасно Фиччик шарахнулся в сторону с очень недовольной физиономией.
– А можно я его угощу?
– Давай попробуем. Раз ты огненная, по идее, не должна обжечься. Проведи аккуратно рукой сверху. Что чувствуешь?
– Жар, но не сильно. Руку держать могу, – ответила девочка.
– А должно невыносимо печь, значит, все получится, – воскликнул Гелиодор. – Возьми уголек. Только осторожно, если жжет, сразу бросай.
– Не жжет, – обрадовалась девочка, взяв раскаленный уголек и положив его себе на ладонь. – Мне тепло и ни капли не горячо!
Огонек, устав ждать, уже весьма ощутимо боднул Луну головой в плечо.
– Ой, прости-прости, мой хороший, держи свое лакомство, а то мы тут начали играть с твоей едой, – развеселилась она, протягивая коню раскаленный уголь.
Огонек одними губами взял угощение и громко захрустел.
Фиччик посмотрел на аппетитно жующего Огонька, покрутился около ведра, сунул туда нос и тут же отпрянул.
– Как он может это есть? Это же обычное горелое дерево, да еще и такое горяченное, – пробормотал он.
Огонек непонимающе покосился на хранителя и еще громче захрустел.
– А можно я поеду на нем вместе с вами? – спросила Луна.
– Конечно можно, Огонек будет только рад.
Тот, закончив свою странную трапезу, поднял голову и весело мотнул огненной гривой:
– Почту за честь!
Луна опешила:
– Это кто сказал?
– Что сказал? – переспросил Гелиодор.
– Почту за честь…
– Точно не я, – отозвался Гелиодор.
– И не я, – мотнул головой Фиччик.
– Конечно не они, потому что это сказал я. Ну так едем или нет? – проворчал Огонек.
– Чудеса… – пробормотала девочка, заволновавшись, все ли у нее в порядке с головой.
Решив не заострять на этом внимание, она осторожно обошла Огонька и с помощью Гелиодора забралась в седло. Огонек стоял смирно, как самый обычный конь, и смешно двигал ушами.
Наконец-то все собрались и отправились в Смарагдиус.
Проехав через цветочную арку, они оказались на центральной площади петрамиума целителей.
– Мы едем к порталу? – спросила девочка, узнавшая дорогу.
