Он обнаружил себя в чьей-то спальне. Комната была небольшой, но светлой. Сквозь большое окно внутрь вливался приятный тёплый свет. Около окна стояли деревянный стол с кучей книг на нём и простенький, видимо, самодельный стул. По углам были расставлены стеллажи со всякими баночками и склянками. Принюхавшись, Даэв почуял знакомые запахи.
– Однолетник?.. – вслух спросил он себя. – Он рос только в… Быть не может.
На этой фразе он вскочил с постели, но почувствовал резко поступившее головокружение и чуть было не рухнул обратно. Вовремя вцепившись острыми когтями в деревянную полку над кроватью, асмодианин смог сохранить равновесие. Териан Лекас оглядел себя – почти всё тело было перебинтовано, причём довольно умело, как заметил он.
– Ткань новая, пропитана слабым раствором аделлы и однолетника, – заключил он по запаху.
Шкаф с одеждой Даэв не обнаружил – вдоль стен сплошными рядами стояли грубые деревянные стеллажи с кучей всевозможных сосудов. Асмодианин подошёл к одному из них и стал читать, что написано на банках.
– На элийском… Мелла, настойка один к двум… Так, понятно, – он двинулся дальше. – Рубаба… Мякоть. А, вот, – мужчина схватил широкую банку со знакомым названием. – Листья однолетника.
Он открыл крышку и понюхал содержимое. Приятный запах заставил его закрыть глаза и глубоко вздохнуть.
– Да, листья свежие, – заключил Даэв. – Вряд ли привезены издалека. Скорее, собраны здесь, – он закрыл склянку и поставил её на прежнее место. – Значит, я у травника.
На асмодианина моментально нахлынули воспоминания из его детства. Нет, он не мог ошибиться. Он вырос в этих местах и запах свежих трав не мог спутать ни с чем.
«Фоэта…» – это слово крутилось в голове Даэва. Но, если он прав, как он здесь оказался? Ведь разломы в эти земли не открываются.
Противно скрипящая дверь продолжала хлопать от сквозняка. Териан остановил её рукой и шагнул из комнаты. Асмодианин оказался в маленькой прихожей. Сбоку была ещё одна дверь, ведущая в небольшую кухоньку. Напротив входной двери стоял высокий старый шкаф. Даэв открыл его и сощурился.
– Всего несколько наборов походной одежды, – оценил он содержимое. – Ничего парадного. Значит, редко появляется на людях. Отшельник?
Даэв сощурился и снял с вешалки плотную серую тунику. Она была ему определённо мала. Он потёр рукой ткань.
– Грубая, – заключил асмодианин. – С капюшоном. Должна скрывать лицо… Точно отшельник.
Териан закрыл дверцу шкафа, оставив одежду в руке. Затем он подошёл к входной двери и дёрнул за ручку – заперто. Даэв хмыкнул и глянул в окно. Снаружи было светло. Перед домом мужчина разглядел несколько добротных грядок и самодельное чучело, криво торчащее из земли. Чуть дальше был низенький забор – разве что от гномов защитит. Маленькая калитка была распахнута. К ней вела широкая тропинка, уходящая в далёкую зерновую пашню.
Териану не хотелось оставаться запертым дома, тем более мысль о родных местах будоражила его голову. Он кое-как надел на себя хозяйские мешковатые брюки, а сверху натянул тунику, чуть не порвав её на спине.
– В обтяжку, но сойдёт, – оценил он себя.
Затем Даэв набросил на голову глубокий капюшон, чтобы скрыть цвет кожи, и вдруг спохватился.
– Обувь… – покачав головой, он напомнил себе о такой оплошности. Ведь ноги асмодианина не влезут ни в один элийский ботинок. Причиной тому – широкая стопа и когти.
Но мужчина просто так сдаваться не собирался. Он нашёл около входа в спальню пару старых тапок, прислонил их к стопам и обвязал ноги тканью, которую он взял с кухни. Новая импровизированная обувка сидела совершенно неудобно, но бродить по Элиосу с босыми когтистыми лапами было не лучше.
Полностью экипированный в одежду отшельника асмодианин решил поскорее выбраться из дома. Он рывком распахнул створки хрупкого окна спальни и одним ловким движением перелез через раму.
Спрыгнув, Даэв осмотрелся. Солнце только поднималось над бескрайними полями Фоэты – было раннее утро. Териан отошёл от стены ветхого домика, прошёлся по огороду и перешагнул через забор. Он оказался на широкой дороге, которая, судя по всему, вела к поселениям. Виляя между разноцветными пашнями, тропа уходила в холмистую даль. Воин повернул голову. Дорога огибала заборчик отшельника и плыла на север, судя по положению солнца. У горизонта блестела зелёная полоса лесов.
– Это запад Фоэты…– сказал себе Даэв, открыв от нахлынувших чувств рот.
Конечно, за почти девятьсот лет здесь всё изменилось, но асмодианину казалось, что он помнил эти места. Словно это было вчера. Словно никаких столетий не пролетело. Холодное сердце воина таяло на глазах. Внутри него вновь ожил тот маленький мальчик-проказник, как будто он снова напакостил, убежав без разрешения в лес, а теперь должен возвращаться домой к родителям, предвкушая очередную порку от отца.
Териан сделал несколько шагов по рыхлой элийской земле: почва прогибалась под массой мужчины. Таких ощущений он не испытывал давно, ведь в Асмодее чаще встретишь лёд, чем сырую землю.
– Так, – остановил поток эмоций Даэв. – Надо вспомнить, где я, и как сюда попал.
