«Слутгельмир уберёт охрану из тюрьмы, как и обещал… – размышлял бессмертный, пока пробирался сквозь лабиринты улиц ночного Пандемониума. – …Пока не обнаружит пропажу. А когда обнаружит, захочет схватить меня с поличным. Там же – в подземелье. Что же делать с элийской девчонкой? Отдать её на съедение или вытащить? Хм… Может, я об этом и пожалею, но оставить такой подарок тюремщикам будет непростительно».
Даэв уже прокрутил в голове план действий, вспомнил схему Подземной тюрьмы и был готов к новой авантюре. Если уж всё равно его развоплотят, то хотелось успеть принести как можно больше пользы. Териан уповал ещё и на следующее: даже если он не сумеет забрать посылку в Цитадели, то долго она там и не пролежит. Шиго обратят внимание на завалявшееся письмо и вскроют его. Это ведь шиго! Они обнаружат, что в нём записаны весьма ценные данные и захотят их выгодно продать. Конечно, больше всех заплатят элийцы. Так всегда бывает – мохнатые торговцы наживаются на южной половине Атреи и беспечности её жителей. Таким образом, послание попадёт на стол к военачальнику Элизиума, и он сможет предотвратить беду. Ну, или хотя бы, сделает всё возможное. А если асмодианину всё же удастся забрать письмо, то тут он уже знает, как поступить и что делать – в его голове давно возник хитрый план.
«Дождёмся утра, тогда патруль города немного успокоится, да и Слутгельмир успеет отогнать стражу из подземелий… Айон, помоги мне завершить начатое и прости за все прегрешения. Уже через несколько часов весь асмодианский народ решит, что я вступил в войну со своими сородичами… Дай мне сил выстоять… Ещё раз… Как раньше…»
Через полчаса будет светать. На улицах города не встретить никого – самое приятное время для прогулок и размышлений. Но Териану было не до прогулок. Он сидел на крыше Арены Триниэли и осматривал окрестности. Под Ареной располагалась тайная тюрьма Храма Правосудия. Мало кто знал, где её вход, но Даэву посчастливилось побывать там однажды… в качестве пленника. И удалось сбежать! Никто не знал о побеге, поэтому до сих пор считалось, что из Подземной тюрьмы невозможно выбраться.
«Охраны почти нет. Он сдержал обещание», – подумал Даэв и поднялся на ноги. По крыше он направился ко входу в тюрьму. Заветная дверца располагалась в кабинете смотрителя на втором этаже переднего сектора. Туда можно было легко попасть, спустившись по крутой лестнице прямо с крыши здания. Териан решил поступить именно так.
Все эти дни Эви не приносили ни воду, ни еду. Девушка ослабла до такой степени, что не только крепко стоять на ногах, но даже открыть глаза было трудновыполнимой задачей. Из-за шершавых каменных стен камеры жутко болели спина и ноги, а от недостатка пищи невыносимо ломило кости. Но элийка старалась держаться. Она поняла, что если бы была не нужна асмодианам, то с ней бы расправились в тот же час. Нужно было ждать. Как можно дольше. Эви неподвижно сидела у решётки, прислонившись к стене, – на движения не было сил. Она дышала тяжело и тихо, каждый вдох давался ей с большим усилием. Перед глазами висела пелена – побочный эффект слабости. Девушка не знала, ночь сейчас или день, – в темнице не было окон. Только тусклый свет факела, висевшего на стене коридора, предохранял от кромешной темноты.
Пленница снова начала проваливаться в бессознательный сон – так можно было хоть ненадолго забыть о боли. Но сильный удар о решётку привёл её в чувство. Девушка с трудом повернула голову к звуку и постаралась открыть глаза. Это получилось, но разглядеть что-то она не смогла – зрение не слушалось. Слабость опять взяла своё – Эви не пошевелилась. Элийка была похожа скорее на мертвецки белую куклу со стеклянным взглядом, нежели на живого человека. Оттого она и не могла сопротивляться. Организм отказывался думать, поэтому девушка не замечала, как её поднимают на руки, как выносят из клетки и несут куда-то. Всё вокруг для неё было лишь сном, из которого невозможно выйти.
Эви почувствовала, как боль в спине усилилась, но не смогла вытянуть из себя даже тихого стона. Её положили на пол. Кто-то навис над бедной пленницей и открыл ей рот. Мрачная расплывчатая фигура несколько раз капнула ей в глотку какую-то вязкую обжигающую жидкость. По горлу моментально растеклось тепло. Мгновение – и пелена немощности испарилась из груди девушки. Словно волна, эффект от этих капель распространялся по телу, приводя в чувство сначала голову, затем руки и ноги. Слабость ушла, зрение восстановилось, а сознание прояснилось. Эви видела, как тень, нависшая над ней, обретает чёткие линии. Через несколько секунд элийка почувствовала знакомое тяжёлое дыхание и увидела над собой мерцание ярких зелёных глаз.
– Ты?.. – с трудом произнесла она. Хотя звук более напоминал стон, нежели уверенный вопрос.
– Отлично, – прогудел в ушах девушки знакомый голос.
