– Около тридцати лет, – Териан поднялся со стола и стал расхаживать по комнате. – Для этого я и вступил в третий легион. Я уповал на то, что его легионеров часто обсуждают, и мои деяния не останутся незамеченными. Я задал себе вопрос: кто может подтолкнуть верховного жреца Пандемониума к развоплощению неугодного Даэва. Ответом был ты, Слутгельмир. Я долгое время наблюдал за тобой – знаю, что ты ненавидишь предателей. Значит, нужно было совершить предательство. И я совершил, причём довольно ловко, чтобы не раскрыть заранее свои искренние мотивы. Кроме того, я привлёк твоё внимание и водил ищеек за собой. А эти жалкие оборванцы думали, что я от них убегаю, – он тихо прошипел и продолжил. – Выход остаётся один. Уничтожь меня…
– Хм, всё это звучит довольно мило, но ты ведь понимаешь, что для самой скорой расправы тебе потребуется ещё один грешок.
– Да, и ты мне с ним поможешь… – Териан Лекас остановился и устремил взгляд на Судью.
– О чём же ты? – Слутгельмир заинтересованно вскинул бровь.
– Хватит паясничать. Ты уже всё понял, – он презрительно рыкнул и снова пошагал влево-вправо. – Ослабь охрану Подземной тюрьмы, чтобы я мог спокойно вызволить девчонку. У выхода на глазах народа ты меня и схватишь.
– Это можно устроить, – задумчиво мурлыкнул мужчина. – Но учти, что в глазах людей ты запомнишься, как ничтожество и предатель.
– Мне плевать, – сухо отрезал Даэв. – Люди думают, что вечная жизнь – это подарок. Но они даже не представляют, какое это проклятие. Когда человек смертен – у него есть право выбора: жить или умереть. У подобных мне такого права нет. Я обречён на вечные муки. Я потерял смысл существования давным-давно. Война и убийства остобалаурили. Раньше вера в скорый конец противостояния подогревала мне сердце. Но теперь, когда я понимаю, что этот проклятый мир никогда не станет таким, как прежде, мне всё равно… буду ли я жить или умру. Живу я очень давно, поэтому хочу попробовать что-то новое. Настоящая смерть – как раз то, что нужно.
Слутгельмир поднялся с кресла и захлопал в ладоши.
– Браво! Какой красивый монолог! Может, мне ещё пожалеть тебя стоит? Ну же, иди ко мне, поплачься мне в жилетку.
Териан сделал молниеносный выпад и прислонил кончик меча к горлу Судьи, отчего тот мигом заткнулся.
– Не надо меня жалеть! – прорычал Даэв. – Я уже сказал, что мне нужно.
– Ха-ха, – рассмеялся он. – Давай, убей меня, и тогда никто не выполнит твою безумную просьбу.
Зеленоглазый выдохнул и нехотя убрал лезвие от мужчины.
– И всё же, – продолжил Слутгельмир. – Ты жесток. Сколько смертей произошло из-за твоей прихоти: начальник тюрьмы, четверо Теней, элийская девчонка…
– Я не хотел, чтобы ей пришлось умереть из-за меня. Поэтому-то и спрятал её в снегах. А твои люди попались под руку. Хотя, как оказалось, от их гибели тоже есть польза: ты стал ненавидеть меня ещё сильнее.
– Не буду спорить, – Судья снова упал в кресло и сделал важный вид. – Но теперь ты понимаешь, что если пойдёшь освобождать эту дрянную элийку, её казнят… Никто с ней церемониться не станет. А перед казнью, скорее всего, хорошенько с ней позабавятся, – он скривил половину лица в улыбке. – Она ничего так, несмотря на то, что белолицая.
– Моя последняя просьба – отпусти её, – Териан навис над собеседником. – Её душа не заслужила таких терзаний. Я надеялся, что она вернётся к родным, заживёт нормальной жизнью, выйдет замуж… Знаешь, а я ведь и её жениха избавил от проклятия камня воскрешения.
– Ты посмотри… – удивлённо замотал головой Слутгельмир. – Честно, не ожидал, что в тебе останется хоть капля жалости.
– Не жалость, а жажда справедливости, – перебил его Даэв. – Я так же, как и ты, желаю, чтобы всё было по-честному. Я так же, как и ты, ненавижу предателей! Я так же, как и ты, хочу конца войны!
– Это чудесно, мой друг, но я не смогу выполнить твою последнюю просьбу. Спасти врага для меня равносильно предательству. А, как ты только что верно отметил, я это терпеть не могу. Поэтому-то, собственно, с таким рвением и соглашаюсь расправиться с тобой, – Судья вновь улыбнулся, на этот раз с выраженным презрением и ненавистью. – А насчёт конца войны… Ты не прав. Она скоро закончится! И мы победим, будь уверен. Жаль, что ты это уже не увидишь, – он изобразил показную печаль и иронично посмотрел в блестящие глаза бессмертного.
– Ей нет конца, пока две расы не объединятся, – проскрипел зубами Териан Лекас.
– А они объединятся!.. – Слутгельмир бросил в лицо Даэву довольный хитрый взгляд.
– О чём это ты? – тон зеленоглазого стал ещё суровее.
– Элийцы будут уничтожены за считанные месяцы, – мужчина отвернулся от собеседника и уселся за стол, постукивая когтями по его гладкой поверхности.
– Не хочешь ли ты сказать… – Териан снова показал клыки.
– …Поэтому спасать твою девчонку и нет никакого смысла – долгой жизни ни ей, ни её жениху не видать…
Даэв схватил обеими руками кресло и одним движением швырнул его вместе со Слутгельмиром в другой конец комнаты.
