Кириан резко встал и отошел. Он отвернулся, словно не мог больше смотреть на меня.
Слезы обожгли мои глаза. Чтобы не заплакать, я стала разглядывать комнату.
Она была похожа на ту, в которой я спала. Окна от пола до потолка прекрасно пропускали яркий дневной свет. Несмотря на бетонные стены и темную мебель, она вовсе не казалась мрачной.
Я сразу поняла, что здесь живет мужчина. У большой кровати, на которой я сидела, было кожаное изголовье. Рядом стоял черный комод, на нем лежали бумага и какие-то наброски. Наверное, рисунки Кириана. Я невольно задала себе вопрос: что изображено на последнем из них? Но вряд ли я когда-нибудь узнаю ответ.
Я печально отвернулась и взглянула на стол, стоявший напротив кровати. Здесь все было оснащено по последнему слову техники. В центре возвышался огромный плоский монитор. Вокруг валялись ручки и карандаши, стояла кофейная чашка и тарелка с крошками. Кресло у окна было полностью завалено одеждой. Судя по всему, Кириан превратил его в импровизированный шкаф. И хотя настроение мое окончательно ухудшилось, этот творческий беспорядок вызвал у меня неожиданную улыбку.
Я снова взглянула на Кириана. Он стоял ко мне спиной, устало потирая ладонями лицо, а затем вдруг резко повернулся. Он выглядел бесстрастным.
– Можешь объяснить мне, что произошло?
Я не была уверена, что стоит посвящать его в наш разговор с Венерой. Но я ведь сама бросилась ему на шею, а потом отвергла его. Думаю, он заслуживал объяснения.
– Когда я лежала без сознания, – нерешительно начала я, – у меня было своего рода видение. До этого момента я о нем не помнила.
– Не помнила? – сухо переспросил Кириан.
Я смущенно кивнула.
– Последнее, что я запомнила, – как упала в лесу. А когда проснулась, лежала уже здесь. Я думала, речь идет о провалах в памяти. Так было после той ужасной аварии. Но
– Она?
– Венера, – прошептала я.
Кириан отпрянул так резко, будто я залепила ему пощечину.
– Ты видела Венеру?
Я снова кивнула.
– Она позвала меня к себе, и мы поговорили. – Глаза мои наполнились слезами. – Кириан, она предостерегла меня. Она сказала, что мы с тобой по-настоящему полюбили друг друга.
Кириан недоверчиво смотрел на меня, но ничего не отрицал.
– Что еще она тебе говорила?
Я печально улыбнулась.
– Она сказала следующее: если между нами и правда что-то произойдет, исполнится не только проклятие Минервы. Ты потеряешь свой дар. Это наказание для стражей, которые идут против правил.
Кириан побледнел. Он выглядел таким потрясенным и даже не успел скрыть свои чувства за привычной маской хладнокровия.
По щекам покатились слезы, душу раздирало глухое отчаяние. От того, что я вспомнила о встрече с богиней, моя любовь к Кириану не стала меньше. Я по-прежнему хотела быть с ним. Разве можно просто взять и отключить свои чувства? Но можем ли мы игнорировать предупреждение богини?
– Меня переведут обратно в Капую, – еле слышно сказал Кириан.
– Что?
Я вскочила и подбежала к нему. Мне хотелось прикоснуться к нему, обнять его. Я едва сдержалась.
– Нет, – сказала я и покачала головой.
– Нам нужно держаться друг от друга подальше, Найла.
– Но это не значит, что ты немедленно должен покинуть страну.
Он грустно улыбнулся.
– По-моему, это самое разумное, что я могу сделать.
Я чуть не рассмеялась. Если бы это действительно разрушило дурацкое проклятие! Уверена, многие до нас пытались это сделать. Минерва, наверное, от души веселилась. Кириан может действовать разумно – вернуться в Капую – или взять на себя риск, но злопамятная богиня в любом случае выиграет. Но и Венера советовала мне держаться от Кириана подальше.
Внезапно я подумала о продолжении беседы. Сердце сжалось при мысли об этом. Мне нельзя вновь использовать свою силу. Но как мне с этим справляться? В мире есть лишь один человек, который может успокоить меня в тот момент, когда не выходит обуздать эмоции.
– Не уезжай. – Я решительно провела ладонью по щекам и смахнула слезы. – Ты нужен мне рядом. На моей стороне.
Кириан нахмурился.
– Но это верная гибель, Найла.
– Нет. Мы справимся. – Я храбро улыбнулась ему. – Мы можем быть просто друзьями. Вот увидишь, со временем станет легче.
Мы оба понимали, что я говорю неправду. Легче не будет. Но я не могу просто так отпустить Кириана.
В глазах его вспыхнуло разочарование. Он стиснул зубы.
В последний раз я нарушила запрет и сделала то, что велело мое сердце. Я обняла Кириана за талию и прижалась к нему, вдыхая родной запах леса и мха. Я вслушивалась в биение его сердца и, в отчаянии закрыв глаза, пыталась навсегда запомнить этот ритм.
– Пожалуйста, не уезжай.
Кириан не шевелился. Он молчал, и я испугалась, что сейчас он оттолкнет меня. Но вскоре его напряжение спало. И хотя он не обнял меня, но все же сдался. Единственное слово, сорвавшееся с его губ, утешило меня и подарило надежду.
– Ладно.
Я не стала настаивать на продолжении разговора – я не была уверена в том, что Кириан сдержит свое обещание. Просто попросила его проводить меня в комнату, где спал Виктор. У двери он остановился.
