– И… – Щёки графа слегка порозовели. Магия госпожи Старшей поистине творила чудеса. – И как же это – владеть магией? Признаться, дитя, меня всегда это, м-м-м, весьма занимало. Что вы чувствуете? Что ощущаете?
– Ничего не ощущаю, лорд Вильям. Я простая девочка. Только вот могу иногда…
– Что? – жадно спросил лорд, и язык его облизнул губы.
– Ничего особенного, лорд Вильям. Я ж только начала.
– Ну а та самая магия? Что она такое? Где она? Откуда берется? Как вы её чуете, дитя?
– Тепло в пальцах, мой лорд. Я подставляю руку под невидимое, и… пальцы теплеют. Я могу потом это выпустить. Как птицу из клетки.
– Как интересно! – Лорд вновь шевельнул ушами. – Магия отделяется, выходит на свободу… а откуда ж она берется в вас, мисс Молли?
Та лишь развела руками.
– Она просто есть, мой лорд.
– Хм-м, – протянул тот разочарованно. – А я так надеялся, что вы, мисс Молли, дочь просвещённого Королевства, развеете моё незнание…
– Была бы счастлива, мой лорд, но это – как дышать. Что тут объяснишь? Мой папа, он доктор, он бы смог, наверное, а я…
– Ничего! – что делало почтенного графа не совсем уж невыносимым, так это его оптимизм. – Я уверен, моя юная леди, что вы справитесь. Королевство перед вами в большом долгу, но, я не сомневаюсь, когда вы вернётесь и когда
– О чём рассказываешь, болезный мой? – Госпожа Старшая возникла словно из ниоткуда, стиснув жёсткими пальцами плечо Молли. Но ведьма не сердилась, отнюдь, даже совсем напротив – залихватски и весело подмигнула своей ученице так, чтобы этого не видел достойнейший лорд. – О чём речь ведёшь?
– О, о, миледи! – смутился господин граф. – Я лишь расспрашивал юную мисс Блэкуотер о том, что же такое магия… простите мне моё любопытство, миледи, думаю, вы согласитесь, что для любого просвещённого человека непростительно упускать такой шанс проникнуть глубже к сей сокровенной тайне нашего мира, и я…
– Нет тут никакой тайны, – фыркнула Старшая, кивком указывая Молли на дверь. – Забираю у тебя твою собеседницу. Мы тесто заводим, пельмени будут.
– О! Пельмени! – Граф закатил глаза в предвкушении. – С мясом трёх сортов, конечно же?
– Как же иначе, – усмехнулась госпожа Старшая. – И вареники тоже сделаем. Пировать станем!
– По какому же поводу такое празднество, позволено ли будет узнать, миледи?
– По поводу успехов моей ученицы. Как выдрала её пару разочков, так сразу дела на лад пошли!
– Вы, миледи, прекрасная и удивительная женщина, я вам всегда это говорил, но как вы можете быть настолько жестоки к столь юной и обворожительной мисс?! Нет, я не спорю, телесные наказания, применённые по справедливости и в умеренном количестве, могут пойти на пользу подрастающему поколению, но в данном случае…
– Тебя, болезный, не спросила, – фыркнула ведьма. – Вареники с вишней сделать? Или с заморскими априкотами?
– М-м-м, и с тем, и с другим! – зачастив, выпалил лорд Вильям. – Но априкоты… откуда же…
– Да из ваших краёв, – небрежно объявила Старшая. – Как у нас говорят на fronte – makhnuli ne glyadya.
– Что-что? Простите, миледи, не слишком-то вежливо с вашей стороны вставлять выражения на неизвестном собеседнику языке! – укорил ведьму господин граф.
– Обменялись, не смотря, – ухмыльнулась хозяйка. – У нас так принято. С другом, спутником, товарищем по оружию зачастую меняются первым попавшимся. Нож на нож, скажем. Или пояс. Или…
– Меняются только одинаковым? – неподдельно заинтересовался лорд. – Скажем, револьвер на револьвер? Портсигар на портсигар?
– Нет, – покачала головой ведьма. – В том-то всё и дело. Нет никаких правил. Все стараются, чтобы их подарок был не менее, а более ценным, чем то, что ими получено.
– Но это же нонсенс! – Граф наморщил аристократический нос. – Кто же сам, добровольно будет уменьшать своё благосостояние, отдавая более ценное за менее?
Старшая вздохнула.
– Не смогу тебе объяснить, болезный. Пойдём, Молли, поможешь мне с тестом. Хочу ещё для пирогов поставить.
Молли послушно отправилась следом, попутно пытаясь уразуметь, какое тесто надлежит «ставить» (на что?!) и какое «заводить» (как паровой локомобиль, что ли?).
– С Жар-Птицей у тебя хорошо получилось, хорошо, не спорю. С облаками и туманами – похуже. А вот с землёй совсем никак не выходит! Что такое, Молли?
Госпожа Старшая стояла, уперев руки в боки.
– Не стараешься? – грозно осведомилась ведьма.
Молли поёжилась, а ладони против её собственной воли прикрыли места пониже спины. Пресловутой берёзовой кашей Старшая не злоупотребляла, но и спуску не давала. Пуще всего виноваты у неё были рассеянность и леность. Вот тут Молли влетало по первое число. Как ни странно, на старую колдунью она не злилась.
