— А вот уж мы запомнили. Полагаю, казним на площади? — прилетело от чёрного мундира. Он протиснулся между своими солдатами и с поганой улыбкой остановился перед Воробьём. Джек взглянул по сторонам, однако ни одного сомнения не появилось в его взгляде — только хитреца и коварство озарили его лицо.
— Посмотрим, — шепнул он. Шаг назад — пират схватил меня за локоть и рывком оттащил назад, на достаточное расстояние от мундиров. Те рванулись следом, однако капитанская рука резко взметнулась вверх, а её обладатель грозно рявкнул: — Назад! — десяток взглядов приковался к его ладони с искренним недоумением. Я проследила за солдатскими взглядами и брови невольно подпрыгнули на лоб, а смешок чуть не сорвался с губ: между пиратских пальцев ловила блеск солнца знакомая чёрная дощечка с надкусанным яблочком на задней стенке. Я ощутила, как по телу пробегает судорога, рвущаяся наружу смехом: значит, пират поверил моему недавнему блефу о супероружии и решил присвоить столь ценную вещицу? Дабы сдержать неуместный хохот, я деланно прокашлялась. Тем временем Воробей торжествующе приподнял уголок губ в улыбке и опустил руку на уровень плеча: — Вы не знаете, что это, — моими словами произнёс пират. — Слыхали о сверхмощном «телефоне»? О-о, ребятки, мне жаль, что именно вам из-за вашего честного выполнения солдатского долга, придётся испытать на себе его всеуничтожающую силу… Стоп! — добавил он, когда один из мундиров осмелился шагнуть ближе. — Я брошу это, и вы все взлетите на воздух. Вот та-ак. Оружие на зе-емлю… Молодцы! — Джек пихнул меня локтем, мол, отступай, и я медленно попятилась назад синхронно с ним. Красные мундиры верили не до конца, однако странный прибор, который никто никогда не видел, вызывал у всех сомнения и суеверный страх.
— Да что вы, в самом деле! Он ведь уйдёт! — взвыл чёрный мундир, подхватывая мушкет. Но Джек, опережая его действия, размахнулся и отправил многострадальный «айфон» в полёт. Мобильник кувыркнулся в воздухе и полетел прямиком в главаря солдат. Его подчинённые, словно в замедленной съёмке, пригнулись и едва ли не раскрыли рты, с неприкрытым ужасом наблюдая за летящей дощечкой. Телефон глухо встретился с макушкой чёрного мундира и отскочил на мостовую. Корпус, естественно, пошёл трещинами при столкновении со лбом зазевавшегося главаря солдат, и теперь валялся у его ног жалким зрелищем, не выдержавшим малейшего удара. Я даже пожалела, что в своём времени отдала предпочтение разрекламированному «яблоку», чем старой, но неубиваемой «Нокиа». Однако, солдаты не сразу поняли всю красноречивость провала: вероятно, паутинка трещин на корпусе напугала их: в перепуганных взглядах так и читалось «Сейчас рванёт!», однако, когда по истечении нескольких секунд ничего не изменилось, из отряда робко, а потом более уверенно донеслось:
— Ха. Ха-ха. Ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-ха!!! — первоначально робкий смех пошёл на усиление и увеличение, как снежный ком, перерастая в гул. И вот уже каждый красный мундир считал своим долгом смеяться или даже показывать пальцем на крайне смятённого Джека Воробья.
Пират красноречиво изогнул бровь и совершенно непонимающе отодвинул голову назад. Когда его взгляд метнулся ко мне, я только и смогла, что пристукнуть зубами и неоднозначно дёрнуть плечом. Джек заозирался, лихорадочно придумывая новые пути отхода, пока я представляла, как буду объяснять причину позорнейшего провала пиратского замысла по истечении событий. Смех сошёл на нет довольно быстро, а по команде чёрного мундира «Ну хватит!» всё разом стихло. От тишины зазвенело в ушах, однако звон мысленный внезапно разбавился звоном материальным: вокруг запястьев защёлкнулись наручники, а спина ощутила тычок штыка. Я вздрогнула и повернула голову до предела: к мундирам подоспело подкрепление. Лёгкие сковал холод, а внутренний голос взял долгую пронзительную ноту: «Чёрт!» Подобный щелчок раздался и рядом. Я обернулась: Джек неприязненно встряхнул цепью наручников, сковавших его руки. На моей памяти это был самый грандиозный провал в жизни капитана Воробья…
Я запнулась о взгляд Джека. Тот растерянно, но при том раздражённо закатил глаза, изображая, насколько ему надоел весь этот цирк. Ужас ещё не захватил каждую клеточку моего тела. Наверное, потому что пока не осознала, не поняла, не представила, что будет дальше. Не вникла во весь масштаб сегодняшних событий: кража компаса, кража «Жемчужины», а теперь и кража нашей свободы. Я нервно сглотнула. А что, если за этим следует кража жизней? По безрадостному виду Джека и торжеству солдат стало ясно: такой расклад вполне вероятен. А путь на Исла-дель-Диабльо откладывается очень надолго, если не навсегда.
