— Эффектное появление, да? — взгляд кэпа мельком скользнул вперёд, и будто бы наткнувшись на старого друга, просветлел. — Оу, Гектор! — сабля, как продолжение руки, взметнулась в воздухе, кажется, в попытке таким странным образом отдать честь. Или припугнуть Анжелику, которая вжалась в спинку стула, едва клинок приветственно махнул у её лица. — Ого, старина, а что это у тебя на лице?
Барбоссу смутило последнее заявление, и он нахмурился. Джек фурией подлетел к нему, и сабля с глухим «дыньк!» вошла в его протез в миллиметре от того места, где он переходил в остаток ноги. Гектор взвился на стуле, а Джек склонился над его лицом. Я едва успела перевести пистолет на Анжелику.
— А-а… ясно. Крысиный блеск в глазках. Наглый отблеск предательства. И воровства. — Констатировал Воробей. Щелчок предохранителя прозвучал у самого лица Джека, и пистолет упёрся в челюсть законному капитану «Чёрной Жемчужины». Никто не успел предпринять ничего более, как в ответ на это Барбоссе в спину глянуло острие кинжала в моей руке. От Джека прилетела одобрительная ухмылка, но прежде чем он приготовился излить на Гектора гневную тираду, третий голос вторгся в беседу:
— Стоило ожидать, что ты выберешься так быстро, — Анжелика, подобно хищной кошке, встала и мягкими шагами обогнула стол. Мой пистолет неотъемлемо повторил траекторию её движения.
Джек молчаливо скосил глаза на коварную экс-пассию.
— И?
Тич, намеренно игнорируя пистолет в моих руках, приблизилась на опасное расстояние. Я предостерегающе взвела курок.
— Ты слишком умён, чтобы не дойти до всех причин наших поступков, — она обнажила белоснежные зубы в широкой улыбке, но её глаза не утратили странного выражения: и высокомерно-холодного, и страстного одновременно.
— А ты слишком глупа, если думаешь, что мы просто так позволим вам уйти на нашем корабле, — не выдержала я. Сиплый смешок вернул наше внимание к Барбоссе.
— Уже позволили.
С губ сорвалось нечто вроде рычания и шипения одновременно. Палец лёг на курок, но что-то останавливало от нажатия. Вернуть «Жемчужину», пристрелив врагов, было бы слишком простым выходом, и здесь налицо было скользкое присутствие подвоха. Они что-то знали и тщательно скрывали, поэтому заслуживали быть выслушанными.
— Вести переговоры, когда парламентёры целятся друг в друга… — укоризненно покачал головой Гектор. Воробей прожёг Барбоссу пронзительным взглядом из-под прищуренных глаз и медленно отодвинулся. Пистолет Барбоссы исчез, и мне тоже пришлось с неохотой опустить оружие. Джек рывком выдернул саблю из протеза Барбоссы, из-за чего тот едва не опрокинулся со стула и чуть не получил этим самым протезом в глаз. Состроив мгновенную милую улыбочку в ответ на злобный взгляд Гектора, Джек вольготно завалился на стул, одновременно возвращая оружие в ножны. Я устроилась рядом.
— Любопытно. Такой изощрённый план, такой Богу противный союз… Такие выходки, а уж тем более — замашки! — подивился Воробей, а после выпрямился на стуле: — Цель должна быть серьёзна. И от чего же два столь благородных пирата опустились до низостного воровства у своих же собратьев?
— Почему тебя это так волнует? — огрызнулась Анжелика. — Поверь, с твоей стороны разумнее пытаться вернуть «Жемчужину».
— Не только «Жемчужину», — Джек поднял руку, и на шнурке повисла аккуратная коробочка компаса. Барбосса суматошно похлопал по карманам и со страдальческим вздохом возвёл голубые очи к люстре. — Но вторую кражу, как видите, только что вернул. А на ваш вопрос отвечу, что глупо соглашаться на раунд, не зная правил игры.
— Не хочешь на мировую, придётся играть по нашим правилам, — сухо заметил Гектор.
Джек откинулся на стуле и послал старому врагу усмешку.
— Это значит, что вам придётся их выдать. Признавайтесь. Зачем вы ищите амулет Ротжета?
Тишина зависла в воздухе, дрожащем от напряжения и недоверия. Анжелика с Барбоссой едва уловимо пересеклись взглядами и не выдали правды ни единым движением губ, ни дрогнувшей бровью, в то время как я, кажется, выросла в двое и даже чуть приподнялась со стула. Озарение свалилось так неожиданно, будто гром сотряс ясное небо. Все моменты, все подробности прояснились в голове, и вместо мысленного урагана внезапно воцарился штиль. Очевидное всегда было так близко, но лишь теперь, глядя на всё произошедшее «со стороны» прояснилось, почему Тёмная Личность нападала именно в те моменты, когда мы были на грани какого-то важного знания, нового шага к цели, и перед тем как его сделать, так часто встречали бесстрастные чёрные глаза человека в палаческом мешке. Они пытались не допустить нас, помешать нам достать амулет. Работали ли на Стивенса, или же были третьей стороной — это не могло быть простым совпадением.
— Ах, вот оно что! — я подалась вперёд и сощурилась. — Конкурирующая организация! А мы-то гадали, зачем же ты так часто (и, заметь, безуспешно!) пыталась нас убить!
На лице Анжелики пролегло глубокое недоумение; женщина выпрямилась, и я ощутила нелестный взгляд с головы до ног. После этот взгляд обратился к Джеку.
— Чего она несёт?
