– О, с добрым утром, браток… – Костыль устало потер лицо. Машина стояла.
Азамат оглянулся. Ну да, так и есть.
В салоне имелись светильники. Работали от, надо же, аккумуляторов. И что делала Даша? Верно, читала.
– Даша?
Темные глазища уставились на него. С вопросом.
– Кто такой Дилон?
Она пожала плечами. И робко улыбнулась. Но не виновато, просто робко.
– Постарайся в следующий раз читать у себя в голове не так громко, пожалуйста.
– Хорошо.
Костыль хмыкнул, покосился на них обоих. По очереди, само собой. А Азамат разозлился. Прокол, дружок, еще какой.
– Знаешь, просто Дарья…
– Что?
– Ничего, – Костыль откуда-то, не иначе как из воздуха, достал еще самокрутку. – Дела-а-а…
– Что стоим?
Костыль сплюнул.
– А это, мой друг башкир, ты в следующий раз не так громко думай. Про погоду, мать ее.
Азамат, наконец-то проснувшись окончательно, понял две вещи.
Спал он несколько часов, забывшись полностью. И сейчас утро.
А то, что принял за темноту, объяснялось просто.
Лило. Как из ведра, больше никак и не скажешь. Или как из водонапорки, пробитой очередью крупнокалиберного.
– Думаю, что хорошего в этом мало, – поделился Костыль, – но таки есть.
– Интересно, что? – Уколова, сонно зевая, посмотрела на живое-мокрое стекло и покачала головой.
– В такой ливень следы наши смылись полностью. И никого за нами пока нет.
– Ключевое слово «пока», – старлей поежилась, покосившись на дверку. – Там совсем же сыро…
– Потерпите, моя королева, – Костыль к чему-то пригляделся. – Ехать придется долго из-за неудобной подвески и несоответствия лыж грязи. Но часа за три должны успеть. И там нам придется встать.
– Там? – Азамат непонимающе посмотрел на него.
– Там поселок или деревушка была. Нас вело, как корову на льду, не успел. Километров пять-семь по прямой. По буеракам – все десять. Долго ехать. Можно дойти.
– Ну, в баню! – Если б Саблезуб умел говорить, то точно присоединился бы к троице, пославшей предложение в указанный адрес.
– Тогда тупо ждем, – Костыль зябко поежился. Печку пришлось отключить. – А нам, друг Азамат, придется выползать, как подстихнет. Горючку залить. Все почти сожрал, обжора ненасытный.
