Рыбка замерла, грозно меряя рыбака взглядом. Остолбеневшие от такого поворота спутники боялись пошевелиться. Старик озадаченно молчал.
— Нет уж, пожалуй, — промямлил он через несколько минут. — Спасибо, конечно, только не надобно мне такого счастья.
— Отказываешься?! — загремела Рыбка. — Напрасно меня побеспокоил, стало быть? Да я за это у тебя все, чем ранее одарила, отберу!
— А хоть бы и так! — завопил, в свою очередь, мужичок. — Это где такое видано — живого человека на дне топить?!
Рыбак развернулся и решительно потопал домой.
— Надеюсь, больше я тебя тут не увижу… — с облегчением пробормотала Рыбка. — Фух. Даже, вроде бы, настроение улучшилось. Может, и у вас какие-нибудь желания есть?
— Спасибо, но с желаниями мы сами как-нибудь, — учтиво ответила Гуша. — Вот разве что подскажешь, где нам найти в синем море пропавший корабль? Вроде бы причалил он к одному из блуждающих по океану островов, да и сгинул…
— Тут я вам не помощница, — с сожалением произнесла Рыбка. — В моем ведении только прибрежная полоса, за блуждающие острова я не в ответе.
— А я-то думала, что ты любые желания можешь исполнять, — разочарованно протянула Гуша.
— Вовсе нет, — возразила Рыбка. — Свои собственные, например, не могу…
— Ты же и так — владычица морская, чего еще желать? — удивился Иван.
— Полетать, например, хочу — с вызовом сообщила Рыбка. — Но воздушные массы мне неподвластны, и я не знаю ни одного достаточно могущественного чародея, который смог бы мне помочь… Бестолковым чайкам завидую порой — вот до чего дошло…
Ее собеседники переглянулись, посмотрели на сложенные на берегу вещи и загадочно улыбнулись.
Серый, беспечно насвистывая, пробирался лабиринтом узких улочек. На Лукоморье опустился вечер, и длинные тени пересекали его путь. Пахло морем и рыбой, но чуткий нюх оборотня улавливал массу других запахов: терпкий от растущего на той стороне дороги можжевельника, нежный и сладковатый — созревших во дворе неподалеку персиков, и аппетитный до слюны во рту — от зажаренного в двух кварталах отсюда мяса. Вычленить из всего этого многообразия следы его спутников было нетрудно: за Иваном вел запах кожи и металла, а за Гушкой — аромат озерных кувшинок. Оборотень привычно ориентировался по ним, ноги сами находили дорогу, а голова была занята размышлениями о добытых сведениях.
Про купца в порту ничего сказать не смогли, но на то надежды было мало. Зато найти людей, знающих о загадочных островах, оказалось легко. Собственно говоря, у Сергея сложилось отчетливое впечатление, что о подобном явлении так или иначе слышали почти все, с кем он успел поговорить. Другое дело, что откровенничать об этом явлении морской природы у большинства желания не возникло. Порыскав по тавернам и харчевням, оборотень убедился, что моряки относятся к дрейфующим участкам суши с суеверной опаской: о них не следовало упоминать, с одной стороны, дабы не оказаться в следующем рейсе на одном из них; а с другой — чтобы не спугнуть удачу, потому что, как ни крути, но острова сохранили жизни экипажам многих кораблей, попавших в бурю. Поэтому большую часть своего времени оборотень слушал невнятное мычание и бурчание, зато как только причина такого неприветливого поведения собеседников стала ему ясна, дело пошло на лад. Серый высмотрел пожилого мужчину, одиноко коротавшего время за столом в углу, и решительно уселся рядом, прихватив в качестве компании две кружки холодного пива. Интуиция подсказала оборотню, что опасные походы, свирепые бури и прочие радости мореходной жизни у этого человека остались в прошлом, как и риски, связанные с плаванием, а, значит, он не прочь будет поделиться кое-какой информацией.
Расчет оказался верен, и старый моряк, поначалу посмотревший на незнакомца недоверчиво, довольно скоро уже вовсю травил байки из своей богатой приключениями жизни. Сергей покорно выслушал истории о страшном морском змее, о сладкоголосых подводных девах и о коварных водоворотах, внимательно следя в то же время за тем, чтобы кружка рассказчика периодически пополнялась. Собеседник добрел на глазах, взор его затуманили воспоминания, а речь стала образной и цветистой. Когда очередная порция пива отправилась в путешествие к желудку морехода, оборотень счел момент подходящим и осторожно подвел разговор к интересующей его теме.
— В дальних странствиях оно, конечно, всякое случается… — протянул он, сделав глоток. — Я-то о таком и не помышлял. Думал наняться к какому-нибудь купцу, где-нибудь недалече поплавать, денег заработать…
Моряк скептически посмотрел на заросшего щетиной лохматого детину и усмехнулся в седые усы. Уж понятно, зачем тебе позарез на корабль надо — поди, насолил кому-то, и на суше тебя уж обыскались.
— Ну и вот, — уныло продолжил Серый. — Услышал тут… Что мол, даже на вдоль и поперек исхоженном пути корабли, случается, пропадают без вести.
Собеседник помрачнел и залпом допил содержимое кружки.
