Еще некоторое время мы тряслись по грязи и ухабам, насколько у меня хватило храбрости в этой до смешного слабосильной машинке. Сейчас-то я понимала, что, арендуя автомобиль, должна была настоять на своем и потребовать что-нибудь получше. Просто я совсем еще не привыкла быть миллиардершей. Мне, наверное, следовало, разозлившись, сделать пару зловещих звонков, помахать у них перед носом своей обсидианово-черной кредиткой и запросить «Рейндж Ровер». Или, на худой конец, купить себе этот чертов «Рейндж Ровер». О чем я только думала! Ведь на кону — жизнь Джулиана!
— Откуда нам знать, что они добрались этим же путем? — спросила я Холландера. — Вдруг мы не увидим там следов от их колес?
— Они вполне могли подъехать и другой дорогой, с противоположной стороны поместья. — Профессор тоже напряженно всматривался вперед, пытаясь заметить какие-либо признаки присутствия людей.
Я снова утерла щетками стекло. Справа от меня по полю беспокойно протрусили несколько овец. Может, чувствовали приближение нового ливня?
— Долго еще ехать? Я ничего не вижу, кроме деревьев.
— Даже не знаю, — вздохнул профессор. — Я уж сколько лет тут не был. Наверно, две-три сотни ярдов. А затем еще добрых полмили пешком через парк.
— И никто нас тут не заловит?
— Понятия не имею! — взорвался вдруг Холландер. — Я не в курсе нынешнего состояния! Может, они наняли лесника, кто знает!
Я закрыла рот и молча поехала дальше, до самого конца проселка. Там, припарковавшись у забора, выскочила из машины. Взглянула на часы. Около двух часов дня!
— Куда дальше? Быстрее! — заторопила я Холландера, поскальзываясь на размокшем слое грязи.
По плащу легонько застучали капли дождя, с каждой минутой становившегося сильнее. Я вскинула голову к свинцово-серому небу с грозными пятнами темных туч и подняла воротник. Этого мне сейчас и не хватало — всех прелестей британской погоды.
Углядев впереди в ограде перелаз, я заспешила к нему, оскальзываясь на глинистой дороге и слыша, как пыхтит следом за мной профессор.
— Давайте-ка, — протянула я ему руку, чтобы помочь перебраться на ту сторону забора.
Его высокая неуклюжая фигура с трудом преодолела ступеньки перелаза, едва ничего не поломав. И тут же резкий порыв ветра стегнул мне по щекам дождем.
— Как бы нас тут не прижучили, — забеспокоилась я. — Думаю, лучше поспешить.
От перелаза тянулась узкая тропинка, и мы заторопились по ней вверх по холму в сторону скопления деревьев.
— Тропа в итоге упирается в озеро, — тяжело отдуваясь, сообщил Холландер, — а кладбище как раз у самого берега — между скалистым выступом и водой. Из-за верхушки холма его отсюда не видно.
— Вы как? — спросила я Холландера, стараясь не поддаваться панике.
Профессор уже порядком выдохся: он брел вверх по тропе со скоростью не больше трех миль в час. У меня же чуть мышцы не лопались от прилива энергии и адреналина. И все благодаря пробежкам с Джулианом и прочим нашим тренировкам. Сейчас мне хотелось бежать, лететь вперед!
— Ничего, нормально. Вы идите вперед, я догоню.
— Я не могу вас тут оставить…
— Со мной все хорошо! — шумно выдохнул он. — Лучше его найдите! — нетерпеливо махнул он рукой, отсылая меня прочь.
— Ладно. Тогда побегу вперед, посмотрю, что там. Если что увижу — крикну.
В этот момент я даже не представляла, чего мне ожидать. Мне вдруг показалось, шанс на то, что они здесь, слишком уж мал. Ведь мы с Холландером вычислили это место, всего лишь исходя из того факта, что самолет Джулиана прибыл в Манчестер.
Да и что нам делать, черт возьми, если мы и впрямь их тут увидим?
«Доверься мне. Отправляйся домой и жди меня».
Увидев меня здесь, Джулиан страшно разозлится. Если, конечно, еще жив.
Я трусцой устремилась вперед по тропе, уверенно ступая по камням и грязи, мимо дрожавших на ветру деревьев, роняющих мне на волосы крупные капли. От усилившегося ветра незастегнутый плащ отчаянно заколыхался, так что я даже сунула руку во внутренний карман проверить, на месте ли жемчуг.
Перевалив гребень холма, я перешла на шаг, старательно оглядывая открывшуюся снизу местность. Склон впереди обрывался каменистым уступом, вдоль которого и вилась вниз тропа, после чего ныряла к пологому подножью, завершаясь на заросшем травой озерном берегу.
«И где, интересно, тут кладбище?» — озадаченно подумала я.
Передо мной виднелось лишь окаймленное деревьями и зелеными лужайками озеро, от непогоды серое и подернутое рябью. Я снова прибавила ходу, заскользив по тропе вдоль самого уступа, — и внезапно кладбище открылось моему взору примерно в четверти мили справа, притулившееся под каменным карнизом: всего два-три коротеньких рядка скромных мраморных надгробий, окруженных белой оградой по пояс высотой.
Среди могил никого не оказалось, и я шумно выдохнула: от облегчения, что не увидела мертвого тела Джулиана, брошенного у какого-нибудь могильного камня, и вместе с тем в тревоге, что мы с профессором ошиблись и они здесь все ж таки не появлялись. И что нам теперь делать?
