— Если сказать правду, то всяко было, — скромно за всех ответил тяжеловес Слава. — Первый раз было страшно.
Не усидел Володя Дорохин, торопясь и заикаясь, стал говорить:
— Я с-сперва боялся, а мне Олег Иванович говорит: «Пос-смот-три на пр-ротивника — он сам тебя боится». И мне тогда с-стало с-совсем не страшно, я тогда п-пошел на него, пошел.
Над повествованием Дорохина управленцы хохотали долго. Пока строгий начальник управления не заговорил веско и убедительно:
— Хорошо вы выступили, ребята. Заняли почетное второе место — это здорово. А три человека даже стали чемпионами Сахалинской области… Председатель Сахалинского обкома физкультуры товарищ Сергеев мне лично высказал благодарность за такую подготовку команды. Вот мы тут собрались, подумали. Ну, и… решили: ваше успешное выступление отметить приказом. Анатолий Данилович, зачитайте. Пока первую часть.
Боярченко выполнял поручение с удовольствием, слова произносил четко. Дошел до первого пункта, вобрал в себя воздух и:
— Всех участников областных соревнований по боксу — по поименному списку — наградить почетными грамотами управления трудовых резервов!
Грамоты вручал замначальника Шуранов, пожимал руки. Пожимали и другие работники. Парни перемещались по кругу. Последним, во весь рот улыбаясь, встряхивал руки сам Новиков.
— Ну, ребята, — заговорил он, когда все расселись по своим местам. — А что же вы скажете о своем тренере, об Олеге Ивановиче? Как он, как будто неплохой он у вас: и дисциплину держит, и любите вы его, а?
— У-у-у! — загудели бойцы. Отдельные голоса пытались выразить что-то особенное, но только добавляли гула. Наконец, стали доходить отдельные оценки и замечания:
— Толковый тренер!
— Замечательный!
— Золотой человек!
Выражая по сути одно и то же, перебивали друг друга, горячились.
— Мы же впервые узнали, что такое бокс, и стали тренироваться и выступать на ринге. — Станислав Маннаберг стоя выражал свое мнение. Хвалил Олега почем зря, ребята весело ему поддакивали.
— Ну, что ж, — начальник остановил дифирамбы. — В вашей высокой оценке мы не сомневались. Ту же оценку вашего тренера дал и председатель обкома физкультуры и спорта товарищ Сергеев: порекомендовал особо отметить Олега Сибирцева. Вот так. Ну, зачитайте, Анатолий Данилович, вторую часть приказа.
— …Наградить почетной грамотой и премировать отрезом на костюм!
…В отделе, где сидели инспектора, женщины разворачивали и щупали яркую, светло-коричневую шерстяную ткань и одобрительно хмыкали и чмокали. В заключение за всех высказалась инспектор жилищно-бытового отдела обаятельная Морозова:
— Из этого материала, Олег Иванович, закажите себе костюм спортивного покроя. И в нем приезжайте сюда, в управление. Чтобы мы посмотрели на вас и оценили как женщины.
Кулаев и Клецкин простились с командой по всем правилам: с ребятами обнялись, Олега Ивановича за хорошие спортивные уроки поблагодарили и пожали руку. Вышли в Долинске. Гоша Шаталов сошел в Макарове, стоящем на южном берегу залива Терпения. Решил навестить родителей. Оставшиеся парни смотрели в окно бегущего поезда, на катящиеся волны Тихого океана. Поезд останавливался на разъездах и проходных станциях, пока надолго не остановился на северной стороне залива, на станции Поронайск, чуть не на целый месяц приютившей боксеров. В Поронайске обновилась бригада и поезд резко сменил направление: углубился в подступившие со всех сторон сопки. До Победино теперь было недалеко. Олег задумчиво глядел в окно…
…Подошел Олег к Надежницкому, пожал руку, поздравил с заслуженным вторым местом. Хорошо отозвался о его сокрушительных ударах. Надежницкий отвечал:
— А я в бою тебя почти не видел: от каждого удара ты куда-то уходил. Потом вдруг четко разглядел твое лицо. Это после поражения, когда ты провожал меня в угол. Только тогда увидел…
— А я боялся твоих мощных колотушек. Раньше о них слышал — вот и решил сперва поуходить от них. А потом уж… ну, прервать их встречным боем.
— Тебе это удалось блестяще, об этом все говорят, я поздравляю тебя!
— Спасибо. Скоро мы разъедемся, но, думаю, еще увидимся. Во всяком случае останемся друзьями.
— Ну, это само собой. Можно обменяться и адресами, мало ли, может, в жизни придется?..
…К станции Победино подъехали неожиданно. Невдалеке от знакомого навеса, куда подходят прибывшие с поездом пассажиры, стояла училищная машина. Тот же, недавно приобретенный ГАЗ. Машина будто подремывала, ребята шумно ее окружили.
— Кто поедет в кабине? — пошутил Маннаберг, с усмешкой поглядывая на Дорохина. Тот немедленно отреагировал:
— Я!
— Ишь ты какой прыткий! — одернул его Эдик Грибанов.
— Все поедем в кузове, — отозвался Миша Шульга.
— В кабине поедет Олег Иванович, — заключили ребята.
Костя во всю улыбался, сверкая металлическими зубами, ребята тоже были рады встрече с земляком, и шумели, и галдели, как на базаре.
— Че приехал-то? — Олег поинтересовался.
