Следующим шел Березовский. В сборной он заменил Шаталова. Особых надежд не подавал, но Олег знал, что «работать» он будет от души, не станет труса праздновать и не сломается преждевременно. Тренера слушает внимательно, делает все, что он велит, правда, собственного творчества маловато, отчего бои порой бывают неинтересными.
Так и случилось. Бой был вялым, по очкам Березовский проиграл.
Кулаев завершал удары по лапам. Сидел, переживал. Трусил прямо! Провел всего пять боев, два из них проиграл. С надеждой смотрел и едва не молился на тренера, делал все, что ему велено. Вошел в ринг, Олег погладил ему спину.
— Волнуюсь, Олег Иванович, — изрек чуть слышно.
— Не поволнуешься — не выиграешь, — как мог, Олег успокоил.
У бойца же, однако, лихорадочно горели глаза. С замиранием сердца ожидал удара гонга. И тот прогремел. Волнение, надо думать, перешло в работу мозга, в холодный расчет. Противостоящий ему боец, было видно, опытен в боях: защищается уверенно, удар поставлен. К тому же Толя Кулаев уступает ему в скорости.
Проигрывает, но на удар отвечает ударом — уже неплохо. На выигрыш, правда, нет надежды. Олег велел упреждать, работать встречными, но можно ли надеяться на бойца, который явно слабей соперника? Раза три он спасался глухой защитой. Однако дотянул бой до конца. На том спасибо.
Олег потрепал его по плечу:
— Победы тебе еще предстоят, они у тебя впереди. — И пошел вместе с ним в раздевалку. Подошел к Славе Маннабергу.
— Слава, ты уже приготовился? — Стал натягивать ему перчатки. Одел лапы.
В зале тишина, по радио слышится объявление. В дверь заглянул судья при участниках.
— Готовы?
— Вызывают! Вызывают! — Дверь опять распахнулась. Дорохин оповестил, торопясь и захлебываясь.
Слава натер туфли. Судья пригласил бойцов на середину ринга. Пожали руки.
Противник «работает» в левосторонней стойке — левша. Как и Слава! Вот совпаденье! Бой протекает спокойно, оба бьют, защищаются. Слава действует тычками правой руки. Противник отвечает крюками, тоже правой. Гонг звенит буднично, бойцы расходятся.
— Что, Слава, левша попал? И такой же «тяжеловес», как и ты? — Не дожидаясь ответа, Олег говорит: — Сейчас у вас получилась ничья. Никто не выиграл! Начинай работать активней. И удары акцентируй, добивайся перевеса, а то уплывет победа. Правой бей без видимой подготовки. А левой — злей, жестче. Овладевай инициативой, овладевай!
Но бой протекает спокойно и ровно. На усиливающиеся Славины удары противник отвечает тоже усилившимися. Оба живо передвигаются и оба успешно защищаются. И бьют примерно одинаково. Так ничем и закончился.
Слава, похоже, не устал, сидит прямо, вопросительно смотрит на тренера, ждет, что тот скажет. Олег недовольно сопит, не выдерживает:
— Бой-то у вас, что, ненастоящий? Показательный, что ли? Прошло два раунда, а результата никакого. Остается всего две минуты! Что делать? Как выиграть? — пристально глядя на бойца, помолчал: пусть думает. — Взорваться надо! Атаковать непрерывно, вырвать победу!..
Бой начался жестко. Вслед за финтом Слава ударил прямым левой. Удар получился неожиданным — противник оказался у канатов. Сам готовил атаку, но Слава опередил. И усилил натиск, и покатил противника вдоль канатов, и то и дело наносит удары основной, левой рукой, тот отступает под ударами. Публика шумит, топает ногами, протестует против складывающейся ситуации на ринге. Слава, наконец, отпускает соперника — приводит свое дыханье в порядок. Сквозь гул и рокот зала соперник явственно слышит: «Бей! Бей!» — и он пошел на Славу, под неистовый рев зала стал бить. Слава уклоняется, ныряет, отступает. Но все же находит паузу — опять в атаку. Теснит противника к канатам, гонит его вдоль канатов, бьет в корпус и голову…
Бой заканчивается. Победа присуждается Славе! Ура! Олег жмет ему руку.
Ничья же в итоге: пять-пять! За хорошую технику боя судейская коллегия решила отметить отдельных бойцов грамотами. Удостоились наград и сахалинцы Эдуард Грибанов и Борис Коревский. Председатель горкома физкультуры по радио поздравил команду Сахалина и ее тренера Олега Сибирцева с несомненным успехом на владивостокском ринге. Пригласил и на следующий год приехать во Владивосток. «Вообще такие встречи надо сделать традиционными», — заявил он под конец.
После ужина — солнце было еще высоко, жара чуть спала, сопровождаемая владивостокскими боксерами команда сахалинцев шла к пляжу, к заливу Петра Великого. Сыпались взаимные вопросы и ответы, громкий гвалт стоял над толпой, которой местные жители находили нужным уступать дорогу. Среди уступивших Олег разглядел знакомое лицо: бывшего однокурсника Уфимского техникума, старосту седьмой группы холодной обработки металла, Андрея Макаренко. Особенной дружбы меж ними не водилось, но взаимное уважение было. Встречаясь, они останавливались, жали руки и «скалили зубы», без повода, просто так, ну, и интересовались делами друг друга. Пригляделись за четыре года учебы и сейчас без труда узнали друг друга в толпе.
— Где ты? Как ты? Каким образом? — засыпал вопросами Макаренко.
