— Точно, Юра, — Олег подтвердил. — А Грибанов и Маннаберг не удивляются — им привычно: тут выросли… Ну, и выходим на улицу Чехова. Такого русского писателя знаете?
— О-о, «Ванька Жуков»! — Спаясничал Володя Щекин.
— «Палата номер шесть», — утвердил Юра Атаманов.
— Ну, все, все! Дальше мы не идем. — Остановился Слава Маннаберг. — Нам с Эдиком направо, будем прощаться.
— А обедать? — Дорохин напомнил. — Гюмер Гайсинович угостит напоследок.
— Дома будут обедать, — резонно отозвался Гюмер Азизов.
— Мы все поздравляем вас с победами, — Олег подал руку. — Поддержали спортивную честь Александровска. Сегодня у нас пятница, завтра утром провожаем южан, а вечером увидимся в клубе. Поговорим о планах на будущее, пробежимся по берегу моря. Ну, доброго вам пути!
— Завтра в Южный еду, с отчетом. А сегодня всех вас накормлю обедом. — Гюмер расщедрился.
— Вот спасибо-то! Уж думали, помрем с голоду. — Гена Седов дурашливо ухмыльнулся.
Не произвел Дом-музей Чехова на них впечатления: дом как дом — из бревен, с деревянными ставнями, с железной крышей. Прошли, оглянулись. Постояли, пошли дальше.
Главным впечатлением ребят все-таки была земля под ногами, твердая, надежная. От неровных ударов подошв булыжная мостовая неравномерно выцокивала. Впереди маячило возвышение, как дорогая, как родная примета, — там Рыбный городок, училище, там работа и вся жизнь. Олег поддерживал Гюмера Азизова под руку: вел к себе домой. Отдохнуть с дороги. Южан ребята обещали устроить в общежитие.
Директор Москальцов был несказанно рад приезду боксеров. Вызвал своего зама Александра Васильевича, тот привел с собой свободных преподавателей и мастеров. Все жали руки боксерам. Олег заметил, что к незнакомым ребятам директор проявляет холодное равнодушие. А они, вся троица, как будто назло ему, окружили Олега и оживленно с ним о чем-то беседуют.
— Олег Иванович, как жалко, что вы живете не в Южном. Без вас там все замолкнет. Да и кому там без вас проводить занятия? — печально говорил Юра Атаманов.
— Нам, Олег Иванович, здорово будет вас нехватать, — прибавил Боря Коревский. Володя Щекин покивал и присоединился к их мнению:
— Да, да, Олег Иванович.
Но для александровца Москальцова были они чужие: на них ему даже не смотрелось.
— Вы на корабле прибыли? — спросил у Олега.
— Да. На «Николае Гоголе». Да попали в шторм, дрейфовали.
— Одними сухарями питались! — выскочил с деталями Володя Дорохин, чем вызвал смех.
— Как так? Почему? — заинтересовались пришедшие с Александром Васильевичем педработники.
Пришлось пояснять, что столовой на корабле нет. Ребята делились впечатлениями о Владивостоке, о купанье в заливе Петра Великого, о гостинице, где жили, почти в центре города.
— Ну, а как они там дерутся? — блестя глазами, осведомился мастер Терентьев. — Кулаки-то у них крепкие?
— Такие же, как у нас! — опять выскочил Дорохин. Говорил взахлеб, окончания слов глотал.
— Ты выиграл бой? — обернулся к нему старший мастер, которого почему-то зовут Карамором.
— Я — нет, — глаза Дорохина растерянно забегали. — А Грибанов выиграл. И Шульга, и Коревский. И Маннаберг еще, ну он левша все-таки…
— Дак ты не выиграл?! А шумишь больше всех! — остановил его суровый Карамор.
— Та-ак. Значит, с Владивостоком померялись силами! А счет-то какой? Пять-пять?! Ну, это совсем неплохо, — подвел итог Москальцов. — Пусть они знают наших!
— Неплохо, неплохо, — подтвердил замдиректора. — Ребята, вещи оставьте в общежитии, а сами — в столовую.
— Мы пойдем в столовую ССГРТ. У представителя остались деньги, он угощает. — Олег указал на кивающего каждому его слову Гюмера Азизова.
— Ладно, идите, — согласился директор. — А после обеда, Олег, — ко мне, есть дело. — И, проводив команду, вернулся к столу, где его ожидал заместитель. Педработники ушли в учительскую.
— Как же сказать ему эту новость? От предложения, конечно, не откажется. Молодой, растущий. А мы ему все равно ничего лучшего предложить не сможем, — взялся за голову директор.
— Не сможем, — подтвердил замдиректора.
— И ведь забирают! Лучшего!
— Потому и забирают…
Олег после столовой опять зашел к директору. Он встретил Олега, сощурив глаза. Смотрел долго, как бы вспоминал, зачем он вызван. И встрепенулся вдруг:
— Буду звонить в Южный! Новикову! Велел позвонить сразу, как приедешь. Хочет говорить с тобой сам.
— Что за разговор, Иван Кузьмич, срочный-то?
— Узнаешь… Южный? — трубку держал около уха, назвал номер. — Виктор Владимирович? Ну, вот он, Сибирцев. Приехал, только что подошел. Передаю.
Олег взял трубку.
— Сибирцев у телефона. Здравствуйте, Виктор Владимирович.
— Здравствуй, — услышал он голос начальника. — Когда прибыл из Владивостока?
— Сегодня. Часа полтора назад… Да попали в шторм, дрейфовали…
Новиков перебил, заговорил о другом:
— О результатах ты доложил, поздравляю! Это неплохо, что счет ничейный. Но это — спорт. Разговор пойдет о твоей основной работе.
«Об основной», — отметил Олег.
— Да, уроки пропустил, буду догонять.
