Секреты и обманКогда части их головоломки объединяются, Энтони и Клэр Роулингс продолжают идти наперекор судьбе. Вместе они преодолели непостижимое начало. Порознь они пережили невообразимую душевную боль. Воссоединившись с семьей и друзьями, они продолжили свое путешествие по опасному миру, где секреты угрожают разрушить то, что им дороже всего.Страсть и любовьТони и Клэр разжигают огонь, и тогда летят искры, бушует страсть и царит любовь. Только от потемневших глаз или дьявольской усмешки огонь, который вспыхнул в уединенной комнате, разгорается вновь. Хотя она больше не желает быть с Тони меньше чем на равных в жизни, за закрытыми дверями только мужчина устанавливает правила.Выбор и последствияБезопасность семьи Роулингс не вызывает сомнений, и только Филипп Роуч может заверить, что они не разочарованы. Узнайте, как он ведет старых друзей и новых партнеров через опасный мир заблуждения и мести. Выбор, который он делает как для семьи, так и для личной жизни, будет иметь последствия.
— Безопасность — это то, что происходит между ваших ушей, а не то, что вы держите в руках.
Клэр нежно пригладила тонкие темные волосы Николь, не в силах разорвать связь с дочерью. Маленькая девочка крепко спала, положив голову на колени матери, в то время как гул двигателей заполнял кабину самолета. Клэр удовлетворенно вздохнула, оглядывая необычно заполненный салон самолёта. Она не могла припомнить, чтобы в их частном самолете было столько народу. Некоторое время назад это казалось нереальным. Впрочем, это было давно, далекое воспоминание. Теперь все было по-другому, и их семья и друзья были вместе с ними.
Хотя путешествие обратно в Айову с их острова в Южной части Тихого океана ещё не подошло к концу, они летели, казалось, уже несколько дней. Где-то в тишине ночи, благодаря терпению Клэр, Николь проиграла своё отважное сражение со сном. Под тяжелыми веками темно — карие глаза Николь — такие же, как у ее отца, — исчезли за густыми ресницами. Клэр взглянула на своего мужа, заметив, что его глаза тоже были непривычно закрыты, а подбородок покачивался ближе к груди. После всех потрясений, которые семья Роулингс пережила за последние несколько лет, безмятежность полета на самолете чуть не довела Клэр до слез.
Тони, Клэр и Николь летели домой вместе со своей единственной семьей: сестрой Клэр, Эмили, зятем Джоном и племянником Майклом. Маленькое тельце Майкла лежало рядом с Николь, их головы покоились на концах длинного, похожего на диван сиденья, на коленях у своих матерей. Во время битвы со сном двое детей соперничали за собственное пространство, часто ведя себя больше как единокровные брат и сестра, нежели чем двоюродные. Теперь, когда битва позади, они мирно отдыхали, рядом с друг другом. Их близость была вполне ожидаема, учитывая, как они росли.
Иногда такие воспоминания печалили Клэр. Потерянные годы канули в лету, и их уже никогда не вернуть. Однако она пришла к выводу, что могла бы проводить время, оплакивая их потерю, или сосредоточиться на будущем. Видя детей, слыша их возбужденные визги, когда они вместе играли на белом песке в раю, или наблюдая за их спонтанным общением, Клэр решила, что будущее — лучшее место, куда следует направить свою энергию: слишком много времени было потеряно в прошлом. Она больше не желала тратить его таким образом.
Прежде чем она успела глубже погрузиться в размышления на эту тему, ее муж оказался рядом с ней, его большая рука накрыла ее руку, и они оба нежно погладили голову дочери. В своих мыслях о рае с его тропической красотой, о детях, в сочетании с отвлекающим шумом двигателей, Клэр не заметила, как Тони проснулся и встал со своего ранее откинутого сиденья.
— Она, наконец-то, сдалась? Пора бы уже, — прошептал он, его грудной баритон звучал низко, чтобы не разбудить остальных.
Несмотря на усталость, Клэр улыбнулась, когда Тони опустился на колени рядом с ними, и его глаза встретились с ее. Также понизив голос, она ответила: — Ну, похоже, в ней действительно есть упрямство.
Темно-карие глаза Тони понимающе блеснули.
Клэр продолжила: — Но, она все-таки сдалась. Она спит уже несколько часов также, как и все здесь.
— Почему бы тебе не позволить мне занять твое место, а ты откинешь кресло и немного поспишь?
Клэр покачала головой.
— Я не хочу отпускать ее, даже на несколько часов.
Маленькие морщинки появились в уголках глаз Тони, когда его щеки приподнялись.
— Думаю, мы знаем, откуда у нее это упрямство. Не волнуйся, Николь никуда не денется, так же, как и ты, разве что немного отдохнешь. Этот отпуск в раю был замечательным, но скоро мы все будем дома. Тебе тоже нужен отдых.
— О, Тони, — шепот Клэр стал громче. — Было чудесно, что все собрались вместе. Я рада, что мы все были там, чтобы отпраздновать день рождения Николь, а также Рождество. Это было все, на что я надеялась, и даже больше. — Слезы выступили на краешке её век, угрожая пролиться на щёки. — Не могу поверить, что нашей дочери действительно три года! Я просто хочу…
Когда она опустила глаза, поцеловав ее в губы, он прервал ее слова.
— Я думаю, мы поняли, что не можем желать избавиться от прошлого. Вместо этого нам нужно наслаждаться каждым моментом, который у нас есть.
Оглядев салон самолёта, Клэр удостоверилась, что они укрыты пологом уединения. Он был создан не тем, что они были одни, а спящим состоянием других пассажиров. Позади Эмили, которую от Клэр отделяли дети, шли Джон, Кортни и Брент. Дети Симмонсов, Калеб, Джулия и Мэрин, все полетели на другом самолете, как и Мередит, Джерри и их дети. Кивнув, Клэр продолжила свою мысль.
