— Но это секрет, верно? — спросила меня мама изогнув бровь.
— Угу, так что ни слова о том что я запланировала — я улыбнулась.
— Какие миленькие жеребята — мама видимо решила сменить тему, — поверить не могу что прошло три года с момента из появления на свет.
— Да — я улыбнулась и вновь провела расчёской по гриве белой единорожки.
— Скучаешь по тем временам?
— По тем когда я была стукнутой на голову кобылкой, которая носилась по пустоши сломя голову? — хихикнула я.
— Да.
— Не знаю — я взяла с тумбочки белый порошок и обработала покрасневшие места на шкурке малышки. — Думаю вернуться к этому вопросу когда дети немного подрастут.
— Ты обещала что больше не будешь лезть в неприкосновенности — мама помахала ногой перед лицом, как бы разгоняя неприятный запах.
— Я сказала что планирую вернуться к этому вопросу — я подняла и опустила бровь, как бы давая понять что сейчас с двумя жеребятами на копытах я на это не решусь.
— Хорошо если так. Не хочу чтобы дети остались без матери.
— Обещаю, пока не появиться что-то крайне важного для того чтобы я покинула Стойло, я этого не сделаю. Ну или по крайней мере пока дети не вырастут.
Изумрудного окраса жеребёнок начал вновь дергать мою маму за хвост, как бы давая понять что ему скучно.
— Ох сорванец — ухмыльнулась моя мама, — ну держись.
— Мя — завизжал пегасик когда моя мама накинулась на него.
Я улыбнулась, было так приятно ощущать то как жизнь постепенно приходит в норму. Да нам предстояло ещё очень много работы, но в конечном итоге я рассчитывала на то что дети и внуки этих жеребят смогут жить в той Эквестрии, которой она была до… великой войны.
Поставив баночку обратно на тумбочку я взглянула на проделанную работу, результат был более чем удовлетворим, хотя я уже начала задумываться над тем что слишком уж сильно я зацикливаюсь над тем что будет и чего не будет. Я вздохнула и провела по своей гриве копытом, да в моем животе чувствовалась некая пустота, однако она была не той от которой хочется выть и лезть на стену, нет. Даже на оборот, я ощущала эту пустоту и радовалась тому что Богини подарили мне и Дансу таких прекрасных детей.
Из моих рассуждений меня вывел шум пневматической системы дверей, я повернула голову и увидела Данса в форме, на его левой щеке был шрам в виде буквы Х, я не могла вспомнить где и как он его получил, но знала точно что это было совершенно не давно. Жеребец подошёл ко мне и сев на кровать возле меня поцеловал меня в щёчку. Я подарила ему самую светлую улыбку которую смогла. Он обнял меня и я даже подумала рискнуть, однако понимала и то что пора уже взрослеть и переставать вести себя как маленькая влюбленная кобылка.
— Привет — произнес он поглаживая кобылку лежащую у меня на коленях.
Кобылка что-то невнятно пробормотал и сжалась в комочек ещё плотнее. Я не могла не умилиться тому как легко Данс нашел общий язык с детьми.
— Слушай Селя — обратился ко мне Данс все ещё поглаживая кобылку по голове, — может как ни будь сходим всей семьёй?
— Но куда? — дернула я ушами.
— Не знаю, может в Мейнхтенн, там чудесный пляж — Данс закатил глаза.
— А может в Филлидельфию, там помимо пляжа ещё и парк есть — толкнула я его в плече.
— Посмотрим — ответил Данс и снова обнял меня.
Так мы сидели обняв друг друга, а моя мама игралась с жеребенком. Я была так счастлива и рада тому что у меня есть все, любящий меня муж, хорошие и верные друзья, дети которых я люблю…. Да что уж говорить, если попытаться перечислить все, то и пачки бумаги не хватит на перепись всего что я имею, главное то, что мы все живы, здоровы и любим друг друга.
Жеребенок рядом с нам захихикал и попытался вырваться вновь, однако моя мама подняла его над головой и малыш расправив крылышки полетел в облачке магии моей мамы. Полет его так увлек что он начал визжать от восторга, однако видимо его визг разбудил кобылку спавшую на моих коленях. Она начала двигаться и открыв глазки захныкала, я же начала ее убаюкивать и поглаживать по голове, для того чтобы малышка побыстрее уснула. Вскоре кобылка вновь мирно засопела и я смогла вздохнуть с облегчением.
— Какой же этот сорванец шумный — произнесла я.
— Тогда ему повезло что у него такая терпеливая мама — улыбнулся Данс.
Терпеливая. Мда.
Странно, но с тех пор как появились жеребята я стала более кроткой и спокойной, нежели была четыре с половиной года назад, в то время я была сущей сорвиголовой которая не могла и минуты просидеть на месте. А сейчас…, а сейчас во мне что-то изменилось. Кобылка спавшая на моих коленях заворочалась и прошептала то слово, которое вывело меня из размышлений.
— Мама
***оооОООооо***
