Морда моя хорошо знакома, тем более торговцы начальство в лицо прекрасно знают. Постоянно приветствуют, но с криками не лезут. Никто не навязывает товар и не кидается с просьбой о помощи. Иногда такое случается, но не часто. Редко кто стремится привлечь внимание. Суд мой строг, зато ужасно справедлив. Невинно обвиненный может получить клеветника в полное распоряжение. А там уж как повезет. Прибитое к столбу на сутки ухо не самое ужасное. Все это усвоили и предпочитают решать мелкие проблемы без власти, как недавно обнаружилось.
В одном месте собралась небольшая толпа. Оказалось, никто не дерется. Очередной юродивый дает представление. Через головы с коня все прекрасно видно. Он извлекает из корзины здоровенную гадюку и прямо на глазах изумленно ахающих зрителей принимается откусывать от нее куски, немедленно глотая. Собственно, жители сертана едят и змей, и ящериц, и даже всяких кузнечиков. Ничего ужасного в том нет, если правильно приготовить. Мясо пресмыкающихся на вкус напоминает курятину, но не живую же трескают приличные люди!
Мальчишка, пришедший с ним, отбивает на барабане дробь, сопровождающую действия ненормального. То быстрее, то медленнее. Когда доел окончательно несчастную ядовитую гадину, до последнего момента продолжающую дергать хвостом, замер. А затем удары стали особенно яростными.
Тут юродивый замер и захрипел, конвульсивно дергаясь. Поднял руки ко рту и извлек оттуда с заметным напряжением абсолютно целую и невредимую змею. Силен! Так глаза отвести! В чудеса я не верил абсолютно. Магия – это совсем другое дело. Только ни одна жрица никогда не оживит мертвого, пусть он и змей.
Народ радостно зашумел, и маленький барабанщик пошел с шапкой по кругу. Ему кидали самые разные монеты. Бросил и я денарий, обнаружив вблизи, что это вовсе не мальчик, а девушка, пусть и молоденькая. Она сразу засекла номинал, все ж серебро подают не часто, и поклонилась.
– Приходите вечером к domus Влада. Знаешь, где это?
– Да, император, – сказала она спокойно.
Выходит, признала. Тем лучше. Угостить еще одного странного типа мне не тяжко. Вдруг в очередной раз нечто выгорит. За пару лет пообщался с четырьмя добрыми дюжинами юродивых и фокусников. Большинство реально со сдвигом в мозгах, кое-кто нормален, но придуривается на публику. Половина просто жулики в той или иной степени. Такие охотно готовы поработать на Агата, передавать полезные сведения. Все равно бродят, много чего видят и слышат. Что ж не порадеть для хорошего человека за мзду невеликую. Но четверо оказались друидами. Лечить могли не хуже жриц. Правда, один сразу отказался переезжать, ему и так неплохо было в качестве обычного врача, еще один был стар и немощен, зато мог объяснить двоим молодым, как правильно лечить, чтоб самому не сдохнуть и клиента ненароком не угробить. До среднего уровня жрицы им всем было далековато, но лиха беда начало. В мужской обители такие уместны. Надеюсь, слух пойдет и сами появятся рано или поздно, надеясь выучиться. Потому что иначе люди со способностями рано помирают, о чем говорили некогда Марии. Мужчин это касается не меньше.
На пятачке заиграла музыка. Я так и не привык здешнюю воспринимать, раздражает, особенно когда приходится сидеть под это визгливо-заунывное треньканье. Менестрели с севера гораздо ближе по звучанию к моему пониманию, да и используют они нечто вроде гитары. А эти дуделки и одна палка две струны исключительно раздражают, о чем вслух не говорю.
Разворачиваю коня и еду дальше. Мимо рядов, где продают самое дешевое из возможного – плоды кактуса. Сердцевина достаточно приятна на вкус, но есть такое можно разве что с голодухи. Косточек огромное количество, и они не настолько мелкие, чтоб не обращать внимания. Не жуешь, а бесконечно сплевываешь. Между прочим, здешние арбузы имеют не больше трети красной мякоти и не сильно сладкие. Вот если упарить до густоты меда, получалось неплохо, а без обработки угощать гостей не принято.
Теперь на верфь. На мое счастье, ее раззадоренные правоверные не растащили и не спалили на радостях победы. Все ж доски далеко не самое ценное, что можно было найти в тот момент в павшем городе. Там даже уцелело несколько прятавшихся семей корабельщиков. В принципе, подобное место всегда достаточно замкнутый мирок. Кроме запасов древесины, обязательного пруда с солоноватой водой для укрепления частей корабля и мачт всегда строят склады и дома для работников. Постоянно нужны квалифицированные плотники, столяры, канатчики, парусные мастера.
А мне до зареза необходим флот. Нельзя владеть побережьем и не иметь возможности его контролировать. Общего военного Пятидесятиградье не имело никогда. Конечно, можно надергать с мира по штучке, однако большинство военных галер ушли в Картаго и на север, заодно уведя немало торговых суденышек. Все ж больше всего новую замечательную власть не любили прежние господа и богачи. Что могли – утянули. Землю с особняком же не увезешь, а сундуки с деньгами можно погрузить на корабли.
