«Что если расшатать какой-нибудь из верхних камней? На вид они не такие большие, как та, которой бестия перекрыла мне выход».
И я тут же взялся за дело. Но два часа титанических усилий ничего не дали. Вся моя работа походила на попытку муравья сдвинуть кирпичную кладку. От напряжения заболели плечи, и стало ломить в пояснице.
«Что же делать? – вертелось в голове. – Неужели конец? Остаётся одно, уйти на кладбище, лечь рядом с убитыми воинами и пустить себе в рот пулю. В конце концов, все они мои далёкие предки. Это единственный выход. Он намного лучше, чем метаться в панике по пещере и ждать смерти от жажды и голода. Осталась маленькая надежда на Густава Давидовича. Но придёт ли он на помощь? Вообще-то старик на вид порядочный, но жив ли он? Может, Нечто и с ним разделалось? И потом, если он и придёт, что могут два человека сделать с таким камнем? Тут надо кран вызывать».
И я стал обдумывать, как бы из натасканного мною лиственничного сушняка изобрести нечто похожее на рычаг и с его помощью попытаться сдвинуть хотя бы одну из глыб. Но сколько я над рычагом не бился, всё казалось тщетным. Сухое, полугнилое дерево легко ломалось и вскоре мне пришлось оставить эту затею. Усевшись на свёрнутую палатку и глядя в огонь горящего костра, я решил обратиться к своему второму «я».
«Может, оно мне что-то подскажет? Лучше всего это сделать через сновидение. Но как заставить себя уснуть? Значит, надо попробовать подавить в себе панику. И я, растянувшись на палатке, стал себя успокаивать. Если я творцу нужен, то погибнуть он мне не даст, но если я ему порядком надоел, и мой эволюционный путь окончен, то какие могут быть переживании? Грехов у меня немного, значит, наверняка новое воплощение мне светит. Туда и дорога! А лежать бок о бок с древними воинами это же честь! Далеко не каждый современный человек может похвастаться тем, что его положат в могилу рядом с телами великих героев…»
От таких мыслей на душе стало немного спокойнее. Но тут в сознании стали появляться милые моему сердцу образы: сначала мелькнул образ Добрана Глебыча, потом я почему-то увидел грустное красивое лицо Даши, за ней из глубины сознания всплыли танцующие свой волшебный танец образы дочерей-красавиц старейшины. Светлада и Светлена, как живые, кружились передо мной, словно желая сказать мне что-то своим танцем.
«Стоп! – оторвался я от видения. – Что-то есть в танце девушек и в их лицах тоже. Полубогини почем-то не улыбались, они смотрели на меня, как будто хотели что-то передать. Но говорили за них движения танца. Что они делали? Кружились! Девушки в танце, взявшись за руки, быстро кружились. Что же они… Точнее, моё сверхсознание пытается этим мне сказать?»
И я бегом побежал к лежачей в нише каменной глыбе.
«Если есть уступ, на котором она лежит, – осенило меня.
– Тогда её можно попытаться вращать! И силы потребуется на это совсем немного. Если так, то я спасён!»
И поднявшись на камни, я упёрся спиной в глыбу, а ногами в угол стены. От напряжения из глаз посыпались искры, но каменная плита поддалась! Она проползла на пару сантиметров!
«Ура! – чуть не закричал я. – Если мне удастся повернуть камень хотя бы на 30%, то я смогу через образовавшуюся щель вылезти из грота! Всё, выход найден. Тогда за работу. В том, что мне удастся выбраться из западни, я уже не сомневался. У глыбы оказалась ось вращения. И я её использую! Ну что, голубчик Нечто, или кто ты там, мы ещё посоревнуемся, кто кого?! Ты, конечно, не дурак, но против тебя сыграла лишняя самонадеянность. Решил, что я такой же, как все. А у меня школа Добрана Глебыча. За плечами его знаменитая дыба, стальные цепи и прутья! Силы у меня, как у хорошей лошади. Так что посмотрим! Но прежде чем вращать в нише глыбу, надо хорошо поесть и немного отдохнуть, – решил я.
Окончательно успокоившись, я развёл сильнее костёр и уселся за свой скромный ужин. Съев всё, что у меня осталось, я выпил чаю и улёгся немного отдохнуть.
«Надо заставить себя поверить, что я в два раза сильнее, чем на самом деле. Перед такой работой это важно. Иначе будет трудно», – дал я себе установку на силу.
Поработав со своей психикой минут десять, я подошёл к глыбе и представил её бутафорной, нереальной и лёгкой. Себя же увидел рядом с ней мощным монстром, способным её легко сдвинуть. Потом упёршись ногами в угол стены и лопатками в каменную пробку, я стал медленно распрямляться. На этот раз глыба двинулась намного легче. Она проползла сантиметров пять и мне, чтобы на неё опять надавить, пришлось поменять положение ног. Через десять минут такой работы я весь покрылся потом и стал задыхаться от напряжения. Но глыба прокрутилась сантиметров на пятнадцать, не меньше!
«Надо немного передохнуть, – решил я, спускаясь к костру. – Хорошо было бы огонь погасить, столько дыма, что работать будет практически невозможно».
Но погасить костёр было нечем. Поэтому следующую ходку к каменной пробке пришлось делать в дыму. На этот раз гранитная плита подалась сантиметров на десять.
«Скорее бы увидеть свет! – мечтал я. – Надоела эта темнота!»