По указу Её величества Тёмной королевы Фалистиль смертному магу готовили достойную встречу. Едва спала утренняя роса, на заросший бурьяном вперемешку с лебедою луг, когда-то бывший возделанным полем, вышли две стройных, гибких фигуры. Оба мастера Узора, не в пример своему тучному главе, являли собой истинных эльфов – изящных, утонченных, красивых особой холодной красотой, присущей настоящим сынам Леса. Без слов, обходясь скупыми, одним им понятными жестами, они принялись вершить здесь настоящее чудо. По желанию магов, возле исчезающей в травостое тележной колеи земля приподнялась, образовав бугорок, а грубый бурьян в радиусе ста шагов сменился мягкой, шелковистой травкой. Призванная чародеями водяная жилка звенящим родничком пробилась на свет, радуясь возможности напоить соскучившуюся по дождям почву.
Один из эльфов, обладатель длинных седых волос, отмерил шагами на свежесозданном бугорке прямоугольник, оставляя в углах по маленькому семечку. Короткая фраза, жест рукой, и из травы потянулись к небу четыре ростка, прямо на глазах становясь деревцами. Достигнув четырёхметровой высоты, молодые берёзки по воле мага изменили направление роста, сойдясь вершинами в центре геометрической фигуры. Их пушистые кроны образовали островерхий навес, и получилась элегантная беседка, вполне достойная самой королевы детей Леса. В это время второй маг в тени берёз выращивал кусты, обернувшиеся составленными в ряд удобными креслами – шесть ракитовых по краям и покрытый нежными цветами трон из жасмина в центре. Временные покои для первых лиц клана были готовы. Для удобства человеческого мага эльфы изготовили подиум, более похожий на низкий, высотой не больше пяди широкий пень, будто бы оставшийся от дерева в три обхвата. Оглядев результат своих трудов, мастера Узора удовлетворённо кивнули, всё так же молча повернулись и степенно направились к опушке.
В глубине леса шли совсем другие приготовления, не столь заметные, но не менее важные. Стражи подставляли пучки стрел мастерам Узора, а те накладывали на листовидные наконечники вестниц смерти убойные заклятья. Получившие зачарованное оружие воины собирались в тесные группы, готовые в любой момент шагнуть в зеркало портала, а ответственные за переброс маги не сводили глаз с зажатого в руке дубового листика. Живого, зелёного. Пока зелёного. Но стоит королеве переломить служившую ей веером веточку, как десятки подобных листьев мгновенно увянут, и тогда вокруг смертного мага откроются десятки порталов, откуда шагнут сотни решительно настроенных стражей, готовых отдать жизнь ради спасения клана.
Тем временем родничок наполнил низину, образовавшуюся у подножья бугра с беседкой, и теперь места для эльфов и подиум для человека оказались разделёнными изогнутой подковой пруда.
"Ты только посмотри, Вжика, какие почести нам оказывают! – с ядом в голосе процедил Вовка. – Учли, что в прошлый раз я был на колеснице и, чтобы мне было удобно, организовали встречу возле дороги. Заботливые ушастики!"
"Меня настораживает магия, напитавшая траву вокруг конца колеи – отозвалась дракона. – Злая там сила разлита, не добрая".
Они с Володей уже пять минут неподвижно висели прилепившись к макушке высоченной сосны, полагаясь исключительно на левитацию упряжи. Единственно Вжика зацепилась хвостом за ветку, но это лишь для того, чтобы случайный ветерок не сдул их на открытое место. Вовка рассматривал поле через приближающий камень ружейного прицела, а дракона, чтобы углядеть скрытые ловушки, в оптике не нуждалась. Она и так всё прекрасно видела, что обычным зрением, что магическим.
"Хм, похоже, это пакость для моментального роста зелёных насаждений. Расчет на то, что я опять буду на колёсах, которые спеленает мгновенно вымахавшая травка".
"А вон и наблюдатель ветку оседлал, на дорогу смотрит".
"Где? Не вижу".
"Во-о-он то дерево с раздвоенным стволом. Видишь? Он в его развилке обосновался".
"А, точно… Ну и ладно, пусть себе сидит. Давай, Вжика, полетели уже, а то время к полудню, стало быть мне давно пора объявиться. Только ты в ту ловушку не сунься, хорошо?"
"Не учи меня, человечек! Как вести себя с этими лесными паразитами драконы знают лучше всех на свете".
Подлетев со стороны леса, крылатая вредина нарочно прошлась брюхом по кроне вяза с притаившимся там эльфийским дозорным. Под её массой дерево изогнулось чуть ли не вдвое, а потом резко распрямилось подобно луку. Не ожидавший от вяза такой подвижности наблюдатель вынужден был обеими руками ухватиться за ветки. Возможно он бы и удержался от падения, но обомлел, неожиданно обнаружив на расстоянии вытянутой руки у себя над головой страшного живого дракона. Звук падения дозорного скрал высокий подлесок, и звонкую трель птахи над полем ничего не нарушило.
Место приземления Вжика обработала на совесть – мощный поток драконьего пламени выжег не только траву, но дёрн в глубину на полметра. Теперь там ничего не смогло бы прорасти, сколько бы маны не вбухивали ушастые в пепел.
