Пастор умолк.
Судья медленно подошел к жене, положил ей руки на плечи, поцеловал в седые волосы и сказал:
— Он жив! Господи, благодарю Тебя!
— Ты меня отпустишь к нему? — спросила старуха.
— И меня также? — прибавила дочка.
— Да, — сказал старый амтман.
— Желал бы и я также с вами ехать, но я буду там бесполезен.
Елена встала, медленными, твердыми шагами подошла к госпоже Венденштейн и с сияющими глазами сказала:
— Могу я вас сопровождать, если отец позволит?
— Ты, Елена?! — воскликнул пастор.
— Наши солдаты нуждаются в уходе, — сказала молодая девушка, смотря прямо в глаза отцу, — а ты учил меня помогать страждущим. Неужели теперь, когда настало время действовать, ты мне не позволишь исполнить мой долг?
Пастор ласково посмотрел на дочь.
— Иди с богом, мое дитя, — сказал он и, обращаясь к фрау фон Венденштейн, прибавил: — Вы возьмете мою дочь под ваше покровительство?
— От всего сердца! — воскликнула та, горячо обнимая Елену.
Кандидат Берман молча присутствовал при этой сцене.
Когда молодая девушка выразила свое намерение сопровождать госпожу Венденштейн, он с досады закусил губу, и в глазах его сверкнул гневный свет. Но он быстро оправился, его послушные черты лица приняли свое обычное невозмутимое выражение. Он выступил вперед и мягким голосом проговорил:
— Я прошу у вас, сударыня, позволения сопровождать вас в этом путешествии. Я полагаю, вы не сочтете лишним иметь при себе мужчину, который в случае надобности мог бы вас защитить. Кроме того, я думаю, присутствие духовного лица должно быть многим желательно на месте кровопролития. Мне кажется, я там буду полезнее, чем здесь, где дядя, без сомнения, согласится до моего возвращения по‑прежнему один отправлять свои обязанности.
В ожидании ответа на свой вопрос он скромно смотрел то на обер‑амтмана, то на пастора.
— Тебе пришла в голову отличная мысль, племянник! — одобрил пастор, подавая ему руку. — Там ты найдешь обширное и благородное поле для деятельности. Здесь же я справлюсь один.
Обер‑амтман остался очень доволен, что дамы нашли себе спутника, а жена его, со своей стороны, благодарила кандидата за то, что он взялся облегчить ей трудности ее пути к раненому сыну.
Елена, услышав предложение двоюродного брата, как будто испугалась, но ни словом, ни взглядом не высказала своего беспокойства.
Старый амтманский дом вдруг оживился непривычной суетой.
