Я взглянула на Тайлера, представлявшего собой самоуверенного человека. Это был его мир, состоящий из сплетен и интриг. Но я могла понять, почему ему это нравилось. Очень необычное чувство, когда ты становишься главным объектом для обсуждений. С одной стороны, к тебе приковано все внимание, а с другой, понимаешь, что далеко не любое внимание приятно.
В толпе мне удалось заметить Челси и Брук, которые разинули рты и чуть было не выронили книги. Я легонько помахала им.
Пройдя дальше, мы увидели Шэрон с ее компашкой. Они все злобно щурились на нас. Кроме Карла, у которого на лице нарисовалось выражение гордого за своих детей отца.
– Они вместе? – спросила королева у своей свиты.
– Без понятия, – ответила Джессика.
На другой стороне стояли Джейсон и Филипп. Капитан спортивной команды сморщился при виде нас, а лицо Филиппа моментально стало хитрым. Он был из любителей ярких зрелищ.
Джейсон сжал кулаки.
– Я убью его!
– Не утруждайся, – буркнул его друг.
Тогда парень обернулся к нему.
– Что?!
Но Филипп лишь пожал плечами.
А мы продолжали идти дальше. Боже, я никогда не чувствовала себя так обалденно. Словно парила над землей. Что ж, кажется, мы становимся местными королями. Может, дружить с Тайлером Хэйсом не так уж и плохо?
Даже Итан постарался выглядеть крутым, чтобы соответствовать Линдси. В какой-то момент блондинка взяла его за руку и уверенно пошла уже вместе с ним.
– Линдси Уильямс с этим ботаном? – спросил какой-то спортсмен.
– Не может быть! – ответил второй.
«Хм, а я смогла бы к этому привыкнуть», – решила я.
ТАЙЛЕР
– Оуэн, не надо! – завопила мама, но отец проигнорировал ее крик.
– Неблагодарный! – выплюнул он, чуть ли не разрывая ворот моей уже мятой белой рубашки. Он крепко вцепился в меня и определенно не собирался отпускать. В его глазах горела жестокая ярость, какую не доводилось наблюдать раньше. – Почему ты просто не можешь вести себя соответствующе нашему статусу?!
– Плевать я хотел на тебя и на твой долбаный статус! – отрезал я, несмотря на бешено колотящееся сердце и уязвимое положение. Я никогда не уступлю ему. Даже если буду лежать на полу в луже собственной крови.
Мои слова выбили из него последние остатки сдержанности. Тогда его кулак прилетел мне в лицо, разбив губу. Мерзкая боль прошлась вибрацией по каждой клетке тела, и я с грохотом приземлился на пол, как будто ноги отказались меня удерживать. Все словно помутнело, а во рту появился металлический привкус. Я медленно провел тыльной стороной ладони по ране, которая оставила на коже кровавую полосу.
Отец отошел на пару шагов и открыл шкаф.
– Оуэн, остановись! Достаточно! – все еще пыталась противостоять мама.
Но разгневанный папаша не обращал на нее ни малейшего внимания. Это даже хорошо. Ведь за маму я боялся больше всего. Я понял, что никогда не забуду испуг в ее глазах.
Из-под кучи футболок он вытащил небольшой пакетик.
– Так и знал!
– Оуэн…
– Что, Люси?! – вдруг повернулся к ней отец. – И дальше будешь притворяться, что ничего не происходит?
Он быстро подошел к столу, взял мобильный и со всей силы бросил на пол. После наступил на него, чтобы окончательно оборвать мою связь с внешним миром.
– Поживешь без телефона.
Все, что могла сделать мама, – это стоять у порога и бесконечно произносить имя человека, который разрушал мою жизнь. А все из-за того, что я заявился на гребаный официальный прием немного пьяным.
Он намеревался уходить, когда я собрал последние крупицы силы и крикнул ему в спину:
– Ненавижу тебя!
Каждая частица меня чувствовала это, ведь отец впервые попытался сломить меня. Пусть знает, что ему не удалось.
Но он ничего не ответил и просто покинул мою спальню.
Мама тут же подбежала ко мне, присела рядом и обхватила руками мое лицо. На ее глазах выступили слезы.
– Тайлер, – прошептала она дрожащим от страха голосом. Ее силуэт стал постепенно размываться, как и весь остальной мир.
Я сидел за столом в домашних трениках и майке, пытаясь разобраться со стволовыми клетками. За окном уже стемнело, а на небе появились первые звезды. Пора было ложиться спать, но я очень хотел наконец доделать домашку по биологии. Лишь настольная лампа проливала свет на тетради, поэтому вокруг меня царствовал зловещий полумрак.
Посмотрев в окно, я заметил свет в доме Сандерсов. Он горел в комнате Джун, но за столом ее не было.
Вдруг я услышал стук в дверь.
– Да?
– Привет, – тихо пробормотал папа, стоя на пороге.
Я обернулся и увидел перед собой измотанного работой человека: взъерошенные волосы, помятая рубашка и неудобные на вид штаны. Свет интересно ложился на его лицо, подчеркивая острые скулы.
– Привет. – В моем голосе не было абсолютно никаких эмоций.
С момента инцидента с надписью наши отношения немного улучшились. Увидев мои успехи, он немного потеплел и даже разрешил взять его тачку. Но это вовсе не означало, что теперь я его обожаю. Да и машина далеко не эквивалент словам «я тебя люблю».
– Как дела в школе? – поинтересовался отец для вида.
– Ты об этом пришел поговорить?
– Я хотел начать издалека, но ладно.