– Да что с вами такое? Вы оба сегодня ведете себя как-то странно! – Она окончательно отложила столовые приборы и выжидающе на нас уставилась, как делала периодически, когда нужно было разрешить конфликт, нависший над нами с Джун.
Я занял выжидательную позицию и мельком посмотрел на соседку.
– Отец Тайлера передал вещи моего папы. – Голос девушки был настолько тихим, что затерялся в шорохе листьев на ветру.
Линдси моментально смягчилась:
– И что там было?
– В основном безделушки, но еще там была кассета.
Тут я решил помочь, поскольку почувствовал, что Джун трудно выговаривать слова:
– На ней видео с нашими отцами, которое они записывали до нашего рождения.
– Боже, – Линдси положила руку на ладонь подруги, – мы можем как-то помочь?
– Нет, все в порядке, правда, – более уверенно, хоть и фальшиво, заговорила соседка. Ее настроения я уже изучил. – Извините, что заставила беспокоиться. Там ничего такого не было. Просто многое непонятно…
– Хорошо, Джун. Но если что, мы всегда рядом, – улыбнулась Линдси, убрав руку от подруги.
Тогда Сандерс впервые подняла глаза на блондинку, одарив ее вымученной полуулыбкой. Этой девушке определенно нужно было подумать о чем-то другом и переключиться.
Хорошо, что поход в бар был запланирован на эти выходные. Возможно, мы сможем отвлечь ее от этой трагедии хотя бы ненадолго. Хотя у меня была и еще одна идея.
– Так что там с баром? – проговорила соседка.
Я доделывал домашку на кровати и переписывался с Майклом, обсуждая насущные темы.
Он пытался пошутить, но мне было не до этого.
Это предложение заставило задуматься. А что действительно привлекло меня в Джун Сандерс? Она же просто симпатичная соседка из дома напротив. Или нет? Я не мог ответить и написал то, что знал наверняка.
Я усмехнулся, но правда не понимал, почему меня так тянуло к Джун. И все же так даже интереснее.
В дверь постучали. Кинув телефон на кровать, я вякнул:
– Открыто.
Тяжелой походкой в комнату прошел отец. Даже вечером он был в костюме.
Увидев мое застывшее непонятное выражение на лице, он спросил:
– Ты видел кассету, да?
– Еще бы, – ответил я. – И Джун тоже. Она сейчас ужасно расстроена.
Тогда папа присел на кровать рядом со мной, добавив:
– Я хотел помочь ей. Думал, если верну эти вещи, она порадуется и узнает что-то новое об Алане. В ее словах сквозило это желание, когда мы разговаривали в больнице. Я умею читать женщин, точно знаю.
– Может, женщин читать ты и умеешь, но с отцовской долей справился так себе, – съязвил я.
Странно, но он не стал ругаться или кричать, что я неблагодарный сын, а просто улыбнулся.
– Да, ты прав, – выдохнул он. – Алан бы не одобрил мою жизнь сейчас, но ты бы ему понравился. – Отец небрежно потрепал меня по плечу. – Странно, но у вас с ним гораздо больше общего, чем у меня с тобой.
Я молча пожал плечами, показывая, что не могу знать точно. Хотя доля правды в этом была – я действительно скорее похож на Алана.
– И думаю, мы бы с ним оба одобрили ваш союз с Джун. Я вижу, как искренне ты переживаешь за эту девочку.
После этой фразы мне стало неловко. Снова. Почему он опять начал этот странный разговор? И я уже хотел сказать какую-нибудь колкость, но сумел лишь выдавить непонятный смешок. Очевидно, он не знал, какой путь мне надо пройти, чтобы получить хоть малейшую крупицу ее внимания.
– Но кое в чем мы с тобой похожи.
– Жаждой убийства в глазах?
Папа ухмыльнулся.
– Нет, – потупил взгляд он. – Упорством. Люси тоже полюбила меня не сразу.
– Почему-то я не удивлен.
– Главное – помнить о цели, – с этими словами он поднялся и подошел к двери.