За спиной полностью

Открылась входная дверь, и вошел Бенджамин. Нахмурившись, он бросил взгляд на беспомощное лицо Джеммы, а затем перевел взгляд на взвизгивающего Лукаса, который скорчился на полу, словно зверек, – лицо у него уже приобрело темно-красный оттенок.

– Ладно, парень, пойдем-ка со мной, – сказал Бенджамин веселым, но властным голосом.

Не дожидаясь ответа, он одной рукой подхватил Лукаса с пола и понес его вверх по лестнице. Через несколько секунд дверь захлопнулась, и жуткие вопли, к счастью, немного приглушились. Джемма подняла взгляд – ей был слышен спокойный голос Бенджамина, каким-то непостижимым образом по-прежнему различимый, несмотря на крики, – и позволила себе прерывисто вдохнуть. Вытащила телефон и удалила из него приложение «Кэнди Крэш». Навсегда. С концами.

Через полминуты крики перешли в плач, затем в отдельные всхлипывания, и наконец наступила тишина. Джемма на цыпочках поднялась наверх и прислушалась у двери, услышав бормотание Бенджамина. Похоже, он читал Лукасу сказку на ночь. Мальчик не почистил зубы, но Джемма не собиралась вмешиваться и указывать на это вопиющее отступление от правил. Она просто надеялась, что Бенджамин все-таки напомнил их сыну переодеться в пижаму перед сном.

Джемма пошла в их спальню и приняла душ, пытаясь смыть с себя воспоминания о прошедшем дне. Пока горячая вода каскадом лилась на нее, она готовила свою защиту в предстоящем споре с мужем. Да, она и в самом деле позволила их сыну несколько минут поиграть в телефоне, потому что ей надо было найти в интернете торт на день рождения матери Бенджамина и требовалось сосредоточиться. Конечно, не особо убедительное оправдание, но выглядело все так, будто отчасти в происшедшем была виновата мать Бенджамина – довольно элегантный способ выкрутиться из положения. Вдобавок придется пойти на некоторые уступки касательно принципа «никаких телефонов для Лукаса». Теперь он будет звучать так: «никаких телефонов, за исключением особых обстоятельств». А это склон настолько скользкий, что скорее походит на водяную горку – как поедешь по нему, так и не остановишься. Пожалуй, будет неплохо указать на то, как бурно Лукас отреагировал, когда она забрала у него телефон. Это лишний раз доказывает, какую нездоровую зависимость способны вызвать подобные вещи.

Выйдя из душа, Джемма и сама переоделась в свою собственную удобную пижаму, изначально синюю, а теперь ставшую серовато-голубой из-за многолетних стирок. – вроде бы мелочь, но позволившая ощутить себя немного поуютней. Это ей сейчас ох как требовалось…

Бенджамин сидел на кухне, пил пиво. Присев к нему, Джемма налила себе бокал вина, не сказав ни слова. Пусть сам начинает.

– По-моему, Айрис разрешает Лукасу играть на ее телефоне, – нарушил молчание Бенджамин.

– Я… Что?!

– Он сказал, что хочет поиграть на телефоне в ту игру, которая с конфетами. Думаю, это Айрис ему разрешила. – Бенджамин нахмурился и отхлебнул пива. – Надо бы мне с ней поговорить.

– Нет… Я сама с ней поговорю.

– В смысле? Мы же просили ее не давать ему телефон, помнишь?

– Да. Вот именно. Я поговорю с ней, чтобы больше такого не повторялось.

– Хорошо, – кивнул Бенджамин. Вид у него был усталый и раздраженный.

Джемма пригубила вина, уже сожалея о своих словах и чувствуя себя ребенком, которого поймали с поличным и который пытается немедленно спихнуть вину на кого-нибудь другого. Надо сказать мужу прямо сейчас, пока еще не поздно. Если она прямо сейчас скажет: «Вообще-то это я давала ему телефон», тогда упоминание об Айрис не будет ложью. А просто обмолвкой. Недоразумением, которое быстро уладится.

– Я рада, что тебе удалось его успокоить, – сказала она вместо этого. – Я просто уже не знала, что и делать.

– Думаю, он просто устал.

– Ну да, – согласилась Джемма. Настал момент признаться. Прямо сейчас. – Я тут думала насчет торта на день рождения твоей мамы… Даже не знаю, какой купить.

Просто замечательно, Джемма… Отвратительная мать, лживая жена… И раз уж об этом зашла речь, то что там с размером твоего бокала для вина? Ты планируешь добавить в список своих привлекательных черт еще и алкоголизм?

– А разве не Хлоя покупает торт? – рассеянно спросил Бенджамин.

– Нет, забыл, что ли? Я сказала, что мы принесем торт и фруктовый салат. И картошку. Хлоя сказала, что приготовит мясо.

– Не пойму, почему Хлоя готовит только мясо… Она даже и не сама-то его готовит, а ее муженек.

Джемма вздохнула. Причина была в том, что она хотела заработать очки у матери Бенджамина – женщины, которая, как она чувствовала, всегда втайне критиковала ее. Большой праздничный торт заметно поднял бы ее в глазах у свекрови.

– Ладно, я не против. У Хлои и без того дел по горло.

– У нее даже нет работы! – Бенджамин опять приложился к пиву.

– Но у нее трое детей. – Каким-то образом Джемма давно уже стала адвокатом младшей сестры Бенджамина, которая на самом-то деле была довольно склочной личностью.

Бенджамин фыркнул.

– Как скажешь. Так какие варианты насчет торта?

– Твоей маме нравится шоколадный, но в кондитерской рядом с «Примадонной» есть очень красивый клубничный торт, а еще…