Отца Виктории звали Рассел. Он всегда пугал Тео, даже когда она была совсем маленькой. Рассел был какого-то рода бизнесменом – она точно не знала, чем именно он занимался. Тео видела его несколько раз, когда ужинала у Виктории – когда они еще были подругами. Он произносил молитву перед едой с такой горячей убежденностью, что ей всегда становилось не по себе. Джемма помнила, как крепко зажмуривала глаза, когда он это делал, опасаясь, что он может взглянуть на нее и подумать, что она на самом деле не молится. Кандидат номер три.
Кроме того, в то время у Виктории был парень, Зейн Росс. Футболист и редкостный мудак – однажды в старших классах он прошел мимо нее и цапнул за задницу, даже не глянув в ее сторону, просто наугад. Стив и Аллан ненавидели его – он постоянно издевался над ними.
Итак… четыре возможные кандидатуры. Но Джемма знала, что их могло быть и больше. В течение тех нескольких недель, пока она не уехала из Крамвилла, на нее буквально обрушились текстовые сообщения, письма по электронке, телефонные звонки и просто гневные крики. Очень многие любили Викторию. В отличие от Теодоры.
Все ли эти люди были способны на то, что делал Теневик? Ненавидят ли ее столь же сильно спустя столько лет? Надо было это проверить.
С колотящимся сердцем Джемма достала телефон и сделала то, чего никогда раньше не делала, – набрала в интернет-поиске «Виктория Хауэлл».
Первыми результатами были старые статьи, посвященные убийству. Она открыла первую из них.
Джемма достаточно часто видела Викторию во сне, регулярно вспоминала и днем. Но, впервые за тринадцать лет увидев ее фотографию, почувствовала себя так, словно окунулась в ледяную воду. Это был удачный снимок – Виктория на заднем дворе своего дома, за спиной у нее лес, ее светлые волосы переливаются в лучах солнца. Смотрела она куда-то в сторону, не в объектив – глаза широко раскрыты, лицо задумчивое. На этой фотографии Виктория казалась умной, невинной, юной и красивой. Как та Виктория, что была подругой Тео, когда они были детьми.
Тогда они были неразлучны. В школе всегда держались вместе. А часто и после школы. Не расставались и на Хэллоуин – вместе ходили выпрашивать сладости, делились друг с другом собранными конфетами. Вообще-то, делились абсолютно всем, пока не отдалились друг от друга.
«Отдалились друг от друга»… Не очень-то удачное определение. Это не был какой-то постепенный процесс. Вот только что они были лучшими подругами, а на следующий день Виктория стала злой, холодной и пренебрежительной. Тео пыталась понять, в чем дело. Она несколько раз извинялась, даже не понимая, за что извиняется. Но все было кончено. Тео была просто убита горем.
В те дни Виктория в воспоминаниях Джеммы была не такой, как на этой фотографии. Во всех воспоминаниях Джеммы губы у той были злобно искривлены, а глаза презрительно прищурены. Казалось, что на этой фотографии запечатлена не настоящая Виктория, а какая-то подделка – настоящей была та, что осталась в голове у Джеммы.
Статья была опубликована через неделю после смерти Виктории. Цитировались неназванные сотрудники полиции, которые заявили, что они «ищут зацепки». Насколько знала Джемма, зацепка у них была только одна. И, похоже, имелся только один подозреваемый.
Она прокрутила статью до комментариев. Там было много грустных слов – и от людей, которые знали Викторию, и от тех, кто не знал, но был лишь рад влезть в обсуждение и поделиться своими мыслями о том, какая это страшная трагедия и как подобные вещи постоянно происходят. Большинство комментариев было размещено в день публикации статьи, но самые последние опубликованы и несколько месяцев спустя. Суть одного из них, оставленного неким Рики, сводился к тому, что полиция до сих пор не арестовала убийцу, хотя всем прекрасно известно, кто это. Он не назвал ее имени, да и вообще ни в одном из комментариев она никак не упоминалась – наверное, потому, что те, в которых упоминалась Тео, были удалены модераторами, чтобы избежать судебного иска. Этот Рики вполне мог оказаться Риком Питерсом – парнем, который тусовался с Зейном. Похоже, что и несколько месяцев спустя он ничуть не остыл, затаив на нее ненависть и гнев. Джемма добавила его в свой список.
Вернувшись на страницу с результатами поиска, она открыла следующую статью в перечне, а потом еще две. В процессе добавила в список еще одно имя. Во всех статьях использовалась одна и та же фотография Виктории. Вероятно, это был единственный снимок, который ее семья решила показать прессе.
Потом настал черед какой-то страницы на «Реддите». Джемма открыла ее, сомневаясь, есть ли в этом смысл.
Смысл определенно был.
Это был сабреддит[23] с десятками тем, вращающихся вокруг убийства Виктории. Некоторые обсуждения оказались на самом деле совершенно нормальными – люди делились какими-то приятными моментами, проведенными с Викторией, или ее фотографиями. Говорили о том, насколько им ее сейчас не хватает.
На других же творился полный кошмар.
