Войдя в комнату, Джемма нерешительно огляделась – как видно, осознав то, что только что пришло ему в голову. Это было странное место для разговора полицейского и подозреваемой. Единственный стул у крошечного письменного стола. А еще кровать и кресло-мешок. Чуть ли не полная противоположность тому месту, в котором они общались в последний раз, – той комнате для допросов в отделе полиции, с ее ярким светом, покрытыми плесенью стенами и видеокамерой на потолке.
Джемма присела на кровать. Данн понял: она ожидала, что он сядет на стул. Однако остался стоять.
– Итак, – начал детектив, – вы бы предпочли, чтобы я называл вас Теодорой или Джеммой?
Она поджала губы.
– Я вижу, моя мать рассказала вам почти все.
Он приподнял бровь.
– Ваша мама не сказала мне ни единого слова, если не считать вопроса, не хочу ли я чашечку чая.
Джемма немного помолчала, а затем произнесла:
– Вам позвонил Ричард?
– Ну да. – Он оценил ее реакцию. Она не казалась особо удивленной или рассерженной. Просто усталой.
– Теперь меня зовут Джемма, – наконец ответила она.
– Джемма Фостер, верно?
– Да.
– И вы проживаете в Чикаго?
Плечи у нее слегка поникли. Неужели она думала, что сможет легко исчезнуть снова? Данн никогда этого не допустит. Он ругал себя последние тринадцать лет и не собирался повторять ту же ошибку.
– Да, – наконец сказала она.
– Мы так и не закончили наш разговор много лет назад, – сказал он.
Джемма кивнула, но не произнесла ни слова. Итак, короткие односложные ответы или вообще никаких ответов. Детектив был хорошо знаком с подобной тактикой. Нормальный ход – он сумеет ее разговорить.
– Почему вы сбежали? – спросил Данн. Он, конечно, знал, почему она сбежала. Но хотел, чтобы она сказала это сама.
– Разве это не очевидно? – резко отозвалась Джемма. – Вы хотели повесить это убийство на меня.
– Нет, не хотел. Я хотел найти того, кто это сделал. Я никогда не был убежден, что это были вы.
– Вы тогда сказали, что у вас на меня «целая гора улик». – Она изменила интонацию, передразнивая его. Данн едва не улыбнулся – вышло очень похоже.
– Верно. Но кое-что тут не складывалось.
– Например?
– Мы можем обсудить это позже. А пока давайте поговорим о вас и о Виктории.
– Ладно.
– Тридцатого октября две тысячи десятого года Виктория Хауэлл устраивала у себя дома вечеринку в честь Хэллоуина. И там появились вы.
– Верно.
– Зачем вы туда пришли?
– Разве мы уже не говорили об этом?
Конечно же, говорили… И Данн знал протоколы допросов почти наизусть – столько раз их перечитывал.
– Все-таки тринадцать лет прошло… Память у меня уже не та, что прежде. Так что давайте пройдемся по всему этому еще разок. Вы с Викторией ведь не были особо близки.
– Нет, не были.
– А почему? Разве вы не дружили, когда были помладше?
– Да, – прошептала Джемма. Веки у нее дрогнули, в глазах промелькнуло что-то очень далекое. – Когда-то мы были лучшими подругами.
– Так почему же перестали?
– Я не знаю. – Она пожала плечами. – Мы просто отдалились друг от друга. Она была одной из крутых девчонок. А я была в последних рядах.
– Довольно слабое объяснение, я бы сказал.
– Иногда что-то случается просто само собой. Мы просто перестали быть подругами. – Ее взгляд стал слегка рассеянным, как будто Джемма на самом деле не видела собеседника. – Помню, что тогда она вроде как все время злилась на меня. Как будто я сделала что-то не то. Только вот я никак не могла понять, что именно. Даже когда спросила у нее.
Данн вообще-то помнил, как все это произошло. Новой лучшей подругой Виктории вдруг стала Донна, которая до тех пор лишь издалека боготворила ее. Он вспомнил, как радовался за свою дочь, видя, в каком та восторге от того, что столь популярная одноклассница вдруг допустила ее в свой круг. Его это всегда удивляло.
– И это не ограничилось тем, что вы просто отдалились друг от друга, верно? – спросил детектив.
– Так вот к чему мы идем… Она издевалась надо мной, а я убила ее? К слову о слабом объяснении…
Он приподнял бровь.
– Я не пытаюсь пришить вам убийство, Джемма. Но я хочу получить полную картину того, что произошло.
Она вроде задумалась над этими словами. Прикидывала, не закончить ли этот разговор прямо на этом месте. И тогда ему придется задержать ее. Данн горячо надеялся, что до этого не дойдет.
– Да, – наконец произнесла Джемма. – Она и еще несколько девчонок иногда пакостили мне.
И несколько других девчонок… Данн сохранял невозмутимое выражение лица, зная, о чем они оба думают. Что одной из этих девчонок была его дочь.
– Каким образом пакостили?
– Обзывали меня по-всякому, насмехались надо мной… Однажды макнули меня головой в унитаз. Выбивали всякие вещи у меня из рук. Например, тетрадки, или колу, или мою сумку…
