Тогда еще было лето 1995 года...
Константин Викторович смотрел на него со все возрастающим интересом, оправившись после первого шока от столь невероятного совпадения, он обрел обычно присущую ему твердость духа.
- Не стой в дверях, - сказал он, сам с неудовольствием чувствуя невольные командные нотки в голосе, все-таки он говорил со своим студентом. Со своим студентом! "Господи Боже мой! - мысленно воскликнул Константин Викторович, - Что же я с ним делать-то буду?!"
- Проходи, садись.
Вовка опустился на диван со всем возможным изяществом.
- Время идет, - цинично заметил он.
- Что, не терпится?
- Терпится. За вас беспокоюсь, вам денежки платить.
- Не беспокойся. И расслабься, сексом с тобой я заниматься не буду.
- А почему так? - вопросил Вовка, почувствовав огромное облегчение, но одновременно и легкий укол самолюбия.
Панфилов только устало махнул рукой.
- Не задавай глупых вопросов. И прекрати выпендриваться.
- Да разве ж я выпендриваюсь?
- И раз уж - как ты верно выразился - желание клиента, закон... впрочем, давай забудем об этом. Меня, честно говоря, больше устраивают между нами общечеловеческие отношения. Ты как, согласен общаться со мной на таком... уровне?
- На фиг нам общаться? С какой стати?
- Не хочешь - не заставлю. Иди, звони шоферу и убирайся ко всем чертям.
Вовка уже направился было к телефону, но мысль о том, что сейчас шофер засыплет его вопросами, почему он возвращается так скоро, и - ладно еще шофер, ему можно не объяснять - так ведь спросит еще и тот, кому ответить придется...
Молодой человек повертел в руках трубку, и положил ее на рычаг.
Панфилов смотрел на него и улыбался, на фоне черной бороды, особенно ослепительно-белыми казались зубы.
- Итак?
- Ладно, готов исполнять требования клиента.
- Клиента... Многие студенты занимаются бизнесом, но я и предположить не мог, каким бизнесом занимаются некоторые из них.
- Неужели? А вы кого заказывали, пенсионера? Возраст - восемнадцать-двадцать, так кажется записал диспетчер, самый студенческий, между прочим. Кого вы ожидали увидеть?
- Да, так мне и надо. Экспериментатор хренов, - ухмыльнулся Константин Викторович, подходя к письменному столу и доставая из ящика пачку сигарет. - Куришь?
- Здоровье берегу, - ответил Вовка мрачно, - А вы что, в первый раз что ли?
- Действительно, в первый.
Панфилов закурил. Он так и остался стоять возле стола, на почтительном расстоянии.
Владимир скользнул взглядом по комнате. Должно быть, это был кабинет - огромный письменный стол, затянутый зеленым сукном, компьютер. Вдоль стен книжные шкафы до потолка, скрывающие за стеклянными дверцами сотни серьезных, умных книг. Утонченная интеллигентность... и застоявшаяся тоска.
- Деньги зарабатываешь... или призвание? - спросил Панфилов.
- Ну издеваться вот только не надо. Мы с вами, кажется, на одной стороне. Между прочим, ненавижу мужиков... обслуживать, - сказал он злобно, - Я не пе...
Он кинул слегка виноватый взгляд на преподавателя.
- Не голубой. Но вот приходится иногда. Отказывайся, не отказывайся... Суровые законы жизни. Для фирмы клиент прежде всего и, когда поступает заказ, нужно найти подходящий... экземпляр. Сегодня кроме меня никого не было... подходящего. Да и желающих не так-то много, спрос, короче, больше, чем предложение. Мало кто из парней решается.
"Какого черта я распространяюсь, - подумал он мрачно, - Оправдываюсь что ли?"
- И что, отказаться ты не мог? - удивился Панфилов.
- Отказаться? - Вовка посмотрел на него почти с ненавистью, - Да на фиг? За это платят больше. Чуть ли не в два раза больше, чем когда с бабами. А от меня не убудет...
Преподаватель смотрел с недоумением.
- Да... наверное, ты прав в чем-то. Но все это... ладно, не слушай меня. Выпить хочешь?
Вовка благодарно кивнул.
Константин Викторович направился к бару.
2
Он вынужден был улыбаться и кокетничать, и от этого становилось еще хуже. Вовка чувствовал, что еще немного, и он врежет-таки кому-нибудь по зубам - но он продолжал улыбаться, заставляя себя не думать, отрешиться от своего бренного тела, как заклятие повторяя глупую фразу: "От меня не убудет." Убывало... убывало катастрофически - и даже мысль о довольно кругленькой сумме денег не утешала уже.
Вовка приехал сюда работать. Вместе с троими своими "сослуживцами". Он смотрел на них сейчас и удивлялся - они совсем не выглядели так, будто им было плохо. Да и с чего бы! "Что ж я-то никак не могу привыкнуть?" - думал молодой человек с тоской. Невольно вспоминался недавний разговор с Панфиловым, когда они вдвоем едва не прикончили целую бутылку коньяка.
- Смешно, - говорил Константин Викторович, с какой-то детской беззащитностью глядя в глаза Вовке, так, что тому даже делалось неловко, - Смешно, что я - взрослый сорокалетний мужик - плачусь тебе в жилетку, как маленький мальчик. Но ты, ты-то можешь понять!
- Могу! - кивнул головой Вовка, - Че вы дергаетесь? Да таких, как вы - море! Уж можете мне поверить! И никто это извращением уже не считает.
- Чушь! Модно сейчас прогрессивным быть, но попробуй ты скажи кому-нибудь - шарахнутся, как от прокаженного.
- А вы говорили?
