— Я вчера взял на себя смелость и прошёлся по городку… — хмыкнул Брайтшнайдер. — Опустошил все аптечки горожан и оборудовал медпункт в местной церкви, выкинув на улицу все скамьи. Теперь там много места для тех ребят которым не повезёт. Да и стены крепкие, не каждый снаряд возьмёт. Врачей, к сожалению, не нашёл, но военный комендант Седана, майор Альтман, прислал несколько человек от себя, а также медикаменты и бинты. Просил вам передать что это всё чем он сможет помочь.
— Что ж, спасибо и на этом… — тихо ответил Гюнтер, понимая что тот на самом деле ничем больше подсобить не в силах. — Дальше!
— Броневики и бронетранспортёры рассредоточены по окраинам, если понадобится то будут на несколько секунд выезжать из-за домов и поддерживать пехоту в окопах своим огнём. Но это лишь в крайнем случае. Вы же понимаете, оберштурмфюрер, им хватит всего одного снаряда… — пожал плечами Бруно. — Жаль что танков нет, иначе мы бы показали этим потомкам Наполеона что значит воевать с бронетехникой! — он подумал немного и добавил: — Да, и нашему повару выделил человека для охраны кухни, не хочу чтобы всё это дерьмо снова повторилось…
— Хорошо! Каульбах, чем можете порадовать? — Шольке обратился к главному ремонтнику который в какой уже раз рассеянно тёр свои замасленные ладони грязной тряпкой.
— Всё что обещал — выполнил! — рубанул тот, убирая тряпку в карман и принимая подобие строевой стойки. — Пулемёты и миномёты уже на позициях, ПТО и «восемь-восемь» тоже. Мои парни готовы к ремонту всего что выйдет из строя.
— Очень рад! Классен, как ваши зубастики? — усмехнулся он, вспомнив как нежно лейтенант отзывался о своих орудиях.
— Лично разместил по фронту обороны. У каждого орудия как минимум две огневых позиции. Расчёты будут вести огонь и срать прямо в штаны во время боя, если понадобится! — улыбнулся Франк, к которому понемногу возвращалось привычное веселье. — Да, если позволите, я бы мог взять на себя командование «дверными колотушками», у них всё равно нет общего начальника, расчёты сами по себе.
— Не возражаю! — с улыбкой ответил Гюнтер, покачав головой, и посмотрел на Вигмана.
Тот правильно понял взгляд и заговорил:
— Наша «Дора» готова делать дырки во французской броне! Место для неё мы подготовили, только не слишком удобное, мешают некоторые сараи и деревья. Придётся иногда переезжать с места на место, чтобы не накрыли артиллерией или не нарваться на танковый снаряд… С нашими-то размерами, сами понимаете… — вздохнул Штефан, и добавил: — Я пообщался с командиром расчёта «восемь-восемь», он поделился выстрелами, теперь у нас с ним поровну по пятьдесят два снаряда. Правда, есть ещё осколочные, так что и пехоте поможем, в случае чего… Только ему хуже чем мне, если французы засекут то пока он сведёт станины и прицепится к тягачу его раз десять накроют.
— Я это помню и постараюсь не подставлять вас! — кивнул Шольке и вдруг заметил быстро идущего к ним лейтенанта «Люфтваффе». Рядом с ним шёл радист со знакомым ящиком за спиной.
— Здравствуйте, господа! Я лейтенант Нолькен, из Люфтваффе! — поздоровался он со всеми присутствующими. Задержал взгляд на Гюнтере и козырнул: — Господин оберштурмфюрер, я прикомандирован к вашему штабу в качестве авиационного корректировщика! В случае необходимости дайте знать и наши парни живо прилетят на помощь! — жизнерадостно добавил он.
— Рад знакомству, господин лейтенант! — в свою очередь поздоровался Шольке. — Когда вы приехали, я не видел вас ночью?
— Увы, моя машина сломалась, водитель долго исправлял повреждения поэтому я приехал за полночь, опоздав к ужину… — улыбнулся представитель ВВС. — Но, насколько я знаю, с этим мне даже повезло, иначе тоже не отходил бы от выгребной ямы.
— Не было бы счастья да несчастье помогло… — задумчиво пробормотал Гюнтер, прежде чем успел спохватиться. Впрочем, остальные если и обратили внимание на поговорку, то ничем это не показали.
