Все эти меры привели к тому что золотой запас страны стал таять, медленно но верно. С другой стороны, бывает верна поговорка: «Скупой платит дважды». А уж экономить на своей безопасности себе дороже.
Что касается конструктора Кошкина, который заболел и простудился после личного участия в танковом пробеге Харьков — Москва, то на его лечение личным распоряжением Вождя были брошены лучшие силы советской медицины, закуплены зарубежные лекарства. Состояние Михаила Ильича осложнялось переутомлением и упрямым характером, в результате чего его пришлось буквально силой отправить в больницу, поскольку он до последнего бурно уверял что может работать и ничего с ним не случится. Успокоился Кошкин лишь после того как его заместитель Морозов обещал каждый день звонить ему в палату и подробно докладывать о ходе работ над новой модернизацией танка «Т-34». Также была опасность из-за болезни потерять лёгкое но врачи делали всё возможное чтобы избежать такого исхода.
В общем, Берия особо не унывал. Да, есть неудачи, но есть и успехи! А уж если ликвидаторы в Берлине смогут правильно осуществить задуманное и выполнить приказ то промышленность немецкого «союзника» получит неплохую подножку. Во всяком случае попытаться явно стоило, учитывая насколько сильно Германия зависела от Шпеера в прошлой истории. Недаром Лаврентий особо указал чтобы те сработали под англичан, что вполне естественно во время войны. В таком случае весь гнев Гитлера обрушится на островитян, окончательно похоронив надежды фюрера на союз с ними. Убить одним выстрелом сразу двух зайцев, что может быть лучше? Время-время, как же им нужно время! Оттянуть возможное нападение рейха на пока не готовый к войне СССР любой ценой! Пусть фашисты и капиталисты грызут друг другу глотки а Красная армия, тем временем, будет копить силы для будущей войны. И когда немцы, наконец, решат напасть то для их встречи будет всё готово. Ну, или почти всё…
Вздохнув, Берия очнулся от размышлений, отошёл от окна и, скривившись, посмотрел на свой стол. Важных бумаг и донесений, которые должны быть им обработаны и ознакомлены как можно быстрее, было ещё много. Похоже, сегодня снова придётся работать допоздна… Кто бы знал насколько тяжела доля могущественного наркома НКВД! А ведь у Вождя работы наверняка ещё больше. Как только он всё успевает?
Покачав головой Лаврентий снова сел на своё место и потянул к себе очередную бумагу. Покой нам только снится…
г. Эперлек, Франция.
24 мая 1940 года. Утро.
Гюнтер Шольке.
Очередная ночь, часть которой они снова провели в какой-то крошечной французской деревушке, прошла и теперь весь его разведывательный отряд достиг, наконец, финиша. Тихий городок, совсем небольшой по размерам, стал временным штабом для одного из полков 1-й танковой дивизии Вермахта на западном берегу реки Аа. На восточном, в районе города Ваттан, уже располагался противник, спешно усиливая свою оборону.
Вся местность вокруг была буквально изрезана десятками маленьких каналов иные из которых достигали в ширину всего метров десять. Такая ирригационная система, возможно, хорошо помогала выращивать урожаи для местных крестьян зато для наступления, особенно техники, была очень сложной. Да, почти через все эти каналы были сооружены аккуратные мостики но, во-первых, не все они выдерживали вес тяжёлой боевой машины, во-вторых, могли быть заминированы или пристреляны, будь у врагов такая возможность.
К счастью, противник не сумел или не захотел использовать все преимущества данной местности и предпочёл отгородиться рекой, оставив всю территорию западнее Аа немцам. В результате, когда запыленные броневики Гюнтера въехали в Эперлек, то им пришлось останавливаться где попало, потому что все самые удобные места для размещения уже были заняты.
Десятки танков стояли на огородах и под навесами, с грехом пополам укрытые от наблюдения с воздуха сетями и ветками плодовых деревьев, безжалостно срубленных в садах. Тем кому не хватило места пришлось стоять прямо на проезжей части, уповая на защиту Люфтваффе. Возле них деловито суетились члены экипажей, проверяя ходовую часть, копаясь в моторах или чистя банником танковое орудие. Слышался грохот кувалд, стук молотков и другие характерные звуки присущие для обслуживания боевой техники. Нос улавливал запах бензина, масла, пота и раскалённого металла.
Под раскидистым деревом примостилась кухня возле которой терпеливо стояли выделенные для доставки пищи чумазые танкисты в потных комбинезонах. Так же кое-где виднелись бензовозы и грузовики, развозящие боеприпасы, пополняя поредевшие боеукладки. Местных жителей не было видно, наверное, оказались просто выгнаны или сидели по домам, боясь высунуться на улицу.
