- Зато ты хоть пару часов поспишь. Идём?
- Я попробую, - повела она плечами.
Я расслабил объятия и выпустил Марьяну. В темноте, прямо в одеяле, нащупал её маленькую теплую руку и повёл в комнату, которую она для себя выбрала. Комната Лёльки.
- Я посижу здесь, - сказал я, придвинув к постели компьютерное кресло.
Марьяна устроилась в постели, свернувшись калачиком под толстым одеялом.
- К утру у вас отвалиться спина.
- Если отвалится, соберу её в штаны, - повёл я плечами и, кажется, в свете окна увидел на лице девушки намек на улыбку.
- Расскажите что-нибудь.
- Например?
- Не знаю. Просто что-нибудь. Хорошее.
- Из хорошего в моей жизни есть только брат и сестра.
- Расскажите про сестру.
- Про брата не хочешь?
- Я его видела. Мне кажется, вы себя обманываете.
- Согласен. Он тот ещё засранец, - хохотнул я.
Глава 22. Маша
Я проснулась и внезапно для самой себя осознала, что, вообще, смогла уснуть этой ночью. Было жарко, словно на меня сложили все одеяла, что нашли, и перевязали их лентой на талии. Иначе я не знаю, как объяснить давление в районе ребер.
Комната еще не была залита солнечным светом, то есть утро ещё было ранним. Последнее, что я помню, как за окном становилось светлее. Возможно, мне удалось поспать около часа или двух.
Высунув руки из-под одеяла, я потерла веки подушечками пальцев и решила присесть, но давление на ребрах лишь усилилось, будто змея начала заворачивать меня в свои кольца.
Чуть повернув голову и опустив взгляд, я поняла, что очнулась не в змеином кольце, а в крепких мужских объятиях.
Конечно, я помнила, как уступила ему место в постели, чуть сдвинувшись к краю. Мне стало жалко его, когда он, рассказывая о семье и показывая фотографии, в какой-то момент начал всё тёще выпрямлять и разминать спину. Я помнила, что я была завернута в одеяло, а Максим сидел рядом, периодически поправляя его на мне.
Видимо, слушая тихий мужской голос, я и уснула. Ведь мне было тепло и спокойно.
Вот только почему Максим тоже уснул на одной со мной постели, мне понятно не было.
- Максим, - позвала я севшим ото сна голосом. – Кхм-кхм… Максим, - чуть громче.
- М? – мужчина резко вскинул голову и шумно втянул носом воздух. Осоловело оглядев меня одним лишь наполовину открытым глазом, он понял, что позволил себе недопустимое и резко одернул руку, убрав её с моей талии. – Прости, - выдохнул он и сел в постели. – Я даже не понял, как уснул. Думал, немного посижу и, похоже, вырубился.
Я растеряно и тоже всё ещё сонно смотрела на его обнаженную спину, пытаясь собрать мысли в кучу. Мне не в чем его винить, я понимала, что он мог выключиться ровно так же, как и я.
- Ничего, - произнесла я, стягивая одеяло со своих плечи и тоже присаживаясь в постели.
- Голодная?
- Нет.
- А я не откажусь от кофе. Тебе тоже сварю. Вдруг, всё-таки, захочешь.
- Хорошо.
Я наблюдала за тем, как Максим встал с постели, размял спину, которую, всё-таки, за ночь перенапряг, сидя рядом со мной. Взлохматив волосы, как в рекламе шампуня, он взял с тумбочки телефон и его глаза резко стали шире.
- Твою мать! Проспал, - он с силой зажмурился, прогоняя последние остатки сна и, набрав чей-то номер, приложил телефон к уху. – Что там? Надеюсь, у тебя хватило ума взять это на себя, пока меня нет?... Не твоё дело, - бросил он строго и, глянув на меня, вышел из комнаты.
Понимая, что из-за меня он проспал работу или что-то связанное с ней, я почувствовала укол совести. Поэтому, скинув с себя одеяло, я прошла в кухню, где нашла сковороду, масло, разбила пару яиц и занялась поиском кофе. Нашла. Даже турку нашла. Правда, пришлось искать в интернете, как варится кофе в турке.
Пока Максим метался по своей комнате, ругаясь с кем-то по телефону и одеваясь, я успела приготовить ему завтрак.
Стоя у окна, я ждала, когда закончит разговор и сможет, наконец, поесть.
- Марьяна! – словно испугавшись чего-то позвал меня Максим.
- Я здесь! На кухне, - крикнула я в ответ.
- Подумал, что ты ушла, - Максим быстрым шагом вошёл в кухню и застыл на её пороге, увидев на столе завтрак.
- Поешь перед работой. Я для тебя приготовила.
Ночью он попросил обращаться к нему на «ты». Было немного непривычно, но, вроде, получалось неплохо.
- Поем только если ты поешь, - сказал Максим. – Ты сварила кофе в турке?
- Ну, да. Не надо было? Просто я подумала, что ты предпочитаешь кофе в любое время суток.
- Спасибо, Марьяна. Я, правда, оценил это. Просто я сам этой туркой ни разу не пользовался. У меня кофеварка, - он указал на черного монстра, стоящего на краю столешницы гарнитура.
- Я её даже не увидела, - выпучила я глаза, не понимая, как я могла не заметить эту здоровенную штуковину. – Буду знать.
- Хотя, знаешь, в турке получилось вкуснее, - блаженно смаковал Максим кофе. И кивнул на блюдце с яичницей, которую я приготовила для него. – Давай так, Марьяна, ты ешь яичницу, я пью кофе.
- Я не буду есть, если ты не будешь.
- Тогда-а… - задумчиво протянул Максим. – Делим пополам?
- Ладно, - повела я плечами. – Только называй меня просто Машей. Мне так привычнее.
