Так, 1.7 шифровка министерства внутренних дел внесла ясность по поводу разночтений о переходе христиан в мусульманскую веру: "Некоторые армяне индивидуально и группами принимают ислам, чтобы не покидать своей родины. Их тоже следует депортировать". Уцелело значительное количество девушек и женщин, взятых убийцами в наложницы. И опять же вышел приказ, запрещающий сохранять жизнь таким способом. И попавший в русский плен врач-сириец из 36-й дивизии свидетельствовал, что у него на глазах была устроена резня "трофейных" армянок. Впрочем, те, кто уже попал в турецкие гаремы или в курдские деревни, оставались живыми - с чего бы хозяину уничтожать свое имущество? С остатками повстанцев, скрывающихся в горах Сасуна, покончили в конце сентября. Власти объявили об амнистии. И люди хоть не верили, но выходили - выгоняли голод и осенние холода. Сперва их действительно не трогали, ждали, пока придут остальные. Потом объявили, что амнистия амнистией, но веру придется сменить. И стали партиями отправлять якобы в Муш, "для перехода в ислам". Спаслась одна. Рассказала: "Нас увели 20 жандармов и доставили на берег реки Мурад; уже вечерело, когда нас остановили и начали обыскивать. Отняли все, что нашли. Затем, заставив отойти назад, стали в нас стрелять..." Сама она бросилась в реку и выплыла.
С середины лета, после "очистки" восточных вилайетов, план геноцида был введен в следующих по очереди регионах - центральной Турции и Сирии. Но и тут не обошлось без "осложнений". 13.7 в Суэдии, на Средиземноморском побережье, в 7 больших селениях были расклеены объявления, требующие через 8 дней быть готовыми к депортации. Жители решили не подчиняться и ушли на гору Муса-даг, организовав самооборону. Всего здесь собралось 4300 чел, из них 600 боеспособных мужчин, у которых было 150 винтовок и охотничьи ружья. Турки стянули войска, пробовали атаковать, но на труднодоступных кручах потеряли 200 солдат убитыми. Мало того, армяне сделали вылазку и отбили у врагов 2 пушки. Тогда их решили взять измором. Они продержались 7 недель, но у них кончились продукты, начались болезни, и все кончилось бы так же, как в Сасуне, но на их счастье 12.9 в здешние воды случайно зашел французский крейсер "Гишен" и заметил сигналы бедствия, поданные с Муса-дага. К нему вплавь отправили посыльных с просьбой о помощи. По радиограмме с "Гишена" подошла французская эскадра во главе с линкором "Жанна д`Арк", и с берега было снято 4058 чел., оставшихся в живых к этому моменту. Они были доставлены в Порт-Саид, где и обосновались, создав армянскую колонию.
Но в целом в центральных и западных вилайетах истребление шло легче, чем в восточных. Здесь армяне уже не составляли большинства населения, жили отдельными вкраплениями среди турецких деревень или в городах. Из причерноморских городов отправлять их куда-то в Сирию было далеко, и всех уничтожали там же. Свидетельница этих ужасов А. Торикян из Самсуна, спасшаяся из-за того, что была продана мусульманину, рассказывала, что в ее городе и в соседних Орду и Гиресуне людей топили, резали, и бойня сопровождалась разнузданными оргиями палачей. Так что мужчины-армяне иногда сами убивали своих сестер, жен и матерей, чтобы они избежали такой участи. В глубинных районах материковой Турции тоже, по сути, никаких депортаций не было. Жителей Йозгатского санждака уничтожили в два этапа. Одних вырезали в июле, хотя при этом давался выбор - смерть или принятие ислама. Но позже произошла повторная кампания для переменивших религию - мужчин выводили в уединенные места и забивали дубинами, многих женщин и детей закопали живыми. Хотя в принципе с августа стала проводиться и официальная "исламизация". Но под нее попадали только малолетние дети, которые теоретически могли забыть о своем происхождении. Их брали в специальные сиротские дома, давали новые, турецкие имена, придумывали родителей, якобы погибших в борьбе с "неверными" и воспитывали в духе политики "Иттихада" короче, пытались повторить опыт с янычарами, набиравшимися из детей христианских народов.
