— Ми-и-лый! — задохнулась от радости Аня. — Я все глаза уже проглядела. Фу-ты, проклятый замок...
Василий подхватил Аню на руки и закружился с ней по квартире, приговаривая:
— Молодец ты у меня! Я верил, что приедешь...
Он глядел в ее смеющиеся глаза:
— Теперь мне на Севере станет теплее, хотя скоро переберемся на юг и будем вместе трудиться в колхозе.
Василию стало жарко. Он расстегнул воротник кителя и, осмысливая все, что произошло на корабле, будто наяву увидел гневное лицо командира, услышал его надрывный голос: «Я сыт вами, мичман! По горло сыт! Я ставил вас в пример другим. Вам фотографии стали дороже чести корабля, да? Нет, это уж слишком... И если вы рассчитываете на снисхождение комбрига, то глубоко ошибаетесь. Я сделаю все, чтобы он не простил вам опоздания!»
Подавленный и немного растерянный вид мужа удручил Аню. «Пусть немного успокоится. Сам все расскажет». Василий, помогая супруге накрывать стол, немного повеселел:
— Простимся с морем и начнем бороздить сухопутные дали.
— Ты же, как я поняла, не хотел расставаться с морской границей, — чувствуя неладное, вздохнула Аня. — Что-то изменилось, да?
— Гонят меня с корабля. Да, именно гонят!
— Кто, Васек?
— Командир.
— Гаврилов? Ты же в нем души не чаял.
Василий Демин однажды рассказал жене, что служить под началом Гаврилова одно удовольствие. Это он перед строем экипажа вручил ему медаль. И вдруг — все изменилось.
— Какая между вами пробежала кошка?
— Я опоздал с берега, — признался Василий. — Пришел на причал, а корабль ушел в море. Вот оно как! Понимаешь, ходил я за фотографиями. В городе заглянул по делу к Василию Кречету... Короче, сам во всем виноват. Гаврилов теперь не хочет оставлять меня на корабле, увольняет в запас. Ладно, я и на гражданке дело найду по душе...
Василий подошел к окну, откуда виднелось серо-голубое море. Вот он «Ястреб», у первого причала. Стоит недвижимо, гордо задрав нос. Что делать? Впервые за годы службы мичман Демин не знал, как ему поступить. Идти к Гаврилову бесполезно, ибо своего решения он не изменит. Может, переговорить с замполитом?
Аня видела, как мучительно переживает Василий, ей хотелось помочь ему, но как? Неожиданно ее осенило. Она сама пойдет к Гаврилову на корабль, но сказала совсем о другом:
— Может, тебе, Васек, сходить к старшему начальнику?
— Стыдно мне идти к Зерцалову, — признался Демин.
Аня слушала исповедь мужа, испытывая как бы двоякое противоречивое чувство. С одной стороны, ей хотелось, чтобы Василий ушел в запас, с другой — обидно до слез становилось за любимого.
— Не печалься, Васек. Собрать чемодан — минутное дело. Ты отдохни, а я в магазин сбегаю, пока не закрылся. Купить на завтрак сметаны надо. Утром блинчиков напеку.
Над столом звонко тикали ходики. Василий подумал о том, что время приближается к ночным тренировкам на боевых постах. Будут работать на станции и акустики. Без него, Демина, будут работать. Что ж, до утра он как-нибудь потерпит, а утром, чуть свет, уйдет на корабль.
На душе у мичмана Демина, как говорится, кошки скребли. Где там Аня? Скорее бы возвращалась домой. Вдвоем легче горе переживать. Аня тем временем добралась до причала. Она шла к нему напрямик, через колючий кустарник. Оцарапала ногу, но боли не почувствовала — мысли были там, на корабле. «Ястреб» стоял у причала первым корпусом. Командир вахтенного поста давно заприметил Аню и, когда она оказалась у самого трапа, поправил на левой руке повязку:
— Вам кого, девушка?
Аня заставила себя улыбнуться:
— Капитана второго ранга Гаврилова.
— Подождите на причале, я сейчас доложу.
Корабль тихо колыхался на воде. Он казался элегантным, чистым, все на нем блестело. Аня подумала, что этакий красавец любого приворожит. Она так залюбовалась «Ястребом», что не заметила, как подошел офицер.
— Вы к кому?
— К товарищу Гаврилову, — нахмурилась Аня. — Разве нельзя повидать вашего командира?
— Можно, — учтиво поклонился офицер. — Вы по какому вопросу?
— А вы кто?
— Я — заместитель командира корабля по политической части.
— Лавров?
— Федор Максимович.
— Вот уж не знала, что вы такой... — Аня осеклась, подбирая подходящее слово, боясь чем-то обидеть замполита, о котором немало слышала добрых слов от мужа.
— Какой же? — Лавров смотрел на Аню не мигая.
— Заботливый... — нашла Аня наконец подходящее слово. И опять изобразила на лице строгость. — Вы у товарища Гаврилова, стало быть, по политическим вопросам? А приказ его можете отменить?
— Не могу, — Лавров уже догадывался, зачем пришла к Гаврилову эта симпатичная дама.
— Вот, вот! — подхватила Аня. — Я сразу поняла, что вы не сможете мне помочь. Мой муж мичман Демин. Я — Анна, его жена. Вот приехала... Вася дома отдыхает. Он не знает, что я к вам пошла. Вы уж ему ни слова. Хорошо?
