– М-мать, – выдохнул Враноффски. У меня слов не было вообще. Я видел, как Асахиро упал, и понимал одну простую и ясную вещь: без него нам с этим пацаном осталось жить хорошо если пару минут. А я ничего не могу сделать. У Асахиро хотя бы есть нож (не хочу думать, что не «есть», а «был»). Я безоружен, сильно уступаю ему как боец, к тому же у меня на руках пацан. На руках в буквальном смысле – ноги его почти не держали. Ари рванулся вперед, но и я, и он сам понимал, что уже не успеет. Куда нам до Асахиро с его реакцией. Один из тех мордоворотов в форме что-то рыкнул стрелявшему, показав на его плазморужье и на дома вокруг – видимо, в том смысле, что вспышка могла их выдать – шагнул к лежащему на снегу Асахиро и коротко ударил ножом. А я мог только стоять и смотреть. Врагу не пожелаю.
Тут произошло сразу много всего. Тип с ножом внезапно потерял равновесие и откатился в сторону. На второго налетел разъяренный Враноффски и так приложил его затылком об дверь машины, что тот, если и был еще жив, уже ничего от этой жизни не хотел. Только вот Ари оставил у себя за спиной еще одного противника – тот хрен с ножом уже успел подняться. И я опять не успел ничего сделать, да и не мог – куда я этого мелкого дену? Снова блеснул нож и, судя по сдавленному шипению, удар попал в цель. Твою мать, я что, один?! Но Ари вроде бы падать не собирался, чего нельзя сказать о его оппоненте – тот осел в снег и, судя по тому, что этот самый снег стал стремительно темнеть, на этот раз подняться ему не светило. Я перевел дыхание – рядом с машиной стоял Асахиро.
Нет, ребята, вы как хотите, а я после такого буду верить в любые легенды. Его же откровенно добивали, но он как-то сумел увернуться, отшвырнуть противника и встать. Куртка на левом плече превратилась в оплавленные ошметки, на груди расползается темное пятно, но на ногах он держался твердо. Понятно, что в его случае это ни о чем не говорит, он в этом плане вроде Снайпера – может быть очень серьезно ранен, но продолжать драться, пока не свалится. Но, по крайней мере, он жив. А значит, у нас есть шансы.
– Спасибо, – хрипло проговорил Враноффски. Асахиро лишь нахмурился:
– Он все-таки тебя достал. Прости.
– Ну, знаешь, если бы ты его не толкнул, я бы валялся тут вместо него.
– Этот жив? – Асахиро кивнул на приложенного об машину.
– Во всяком случае, недееспо… – Враноффски не успел договорить. Асахиро отстранил его и нанес добивающий удар.
– Предпочитаю быть уверенным. А сейчас надо оказаться отсюда подальше.
Желательно на другом конце Галактики или хотя бы на Сомбре. Но это, боюсь, недостижимая мечта.
– Едем на станцию, – сказал Ари. – Руку мне хорошо проткнули, но машину вести могу. Мои номера там знают, стекла зеркальные, лишних вопросов не будет. А вся аптечка там. И с мальчиком надо что-то делать.
Пацан до сих пор был в полном ступоре – не могу сказать, чтобы у него не было повода. Как Асахиро его оттолкнул, так он и повис на мне, таращась вот такенными глазами на все происходящее. Но при упоминании себя он вдруг шмыгнул носом и разревелся, бормоча что-то бессвязное. Черт, да у него же ни куртки, ни шапки! Я снял свою куртку – авось не замерзну, мне все равно уже некуда – кое-как завернул его и стал нести какую-то успокаивающую чушь:
– Спокойно, парень, мы друзья. Мы ничего тебе не сделаем. Прости, я не понимаю твой язык, ты говоришь на пиджине?
– Да, – всхлипнул пацан из глубины капюшона. – Вы меня им не отдадите?
– Никому не отдадим, – прямо скажем, отдавать и некому, если только здесь еще кто-нибудь не шляется. – Мы уедем в безопасное место, и все будет хорошо. По крайней мере, лично я очень на это надеюсь. Ты сам не ранен? Можешь идти?
Он кивнул, но от меня не отцепился. Ладно, не такая уж ноша, до машины точно дотащу. Я подхватил его на руки и почувствовал, что он дрожит. Щеки малиновые, кажется, не только от холода… парень, да ты вдрызг больной, ко всему прочему! Вот уж не было печали…
В машине пацана немного отпустило, он перестал всхлипывать и шмыгать носом и очень церемонно сказал:
– Благодарю вас, господа. Вы спасли мне жизнь. Могу я узнать, как вас зовут?
– Асахиро Фудзисита, – не менее церемонно ответил Асахиро.
– Ариэль Враноффски, для своих Ари.
– Виктор Дарти, лучше просто Дарти.
– Эйнар Берггрен, – он даже попытался поклониться, но вместо этого оглушительно чихнул и очень смутился.
Враноффски поперхнулся и чуть не вылетел с дороги. Асахиро тут же обернулся к нему:
– Что случилось?
– Да так… фамилия красивая.
– Мне тоже нравится, – гордо ответил пацан.
– А скажи мне, мой юный друг, – неожиданно вкрадчиво заговорил Ари, – она очень распространена на Нордике?
– Не очень. Все Берггрены – наши родственники в той или иной степени.
– Прекрасно, просто прекрасно… – Ари начал еще что-то бормотать вполголоса, потом махнул рукой (зря он это сделал – как раз правой, по которой ему попали) и сосредоточился на управлении.
