– Полностью согласен. Вариант второй: тянуть вручную, насколько в рубке хватит кислорода. Рискованно, но повышает наши шансы дожить до помощи. При активации резервной системы помещения корабля отрезаны друг от друга, так что связи с рубкой не будет.
– Понял, – бесцветным голосом отозвался Леон.
– Ничего ты не понял, – парировал капитан. – Пошел вон из рубки. Я еще не забыл, как управлять тяжелым кораблем.
– Капитан! Я пилот, и мне…
– Тебе еще летать и летать, – осадил его Да Силва. – Закон моря и космоса: последним с корабля уходит капитан. Пошел вон!
Леон молча повиновался.
– Что вы такое удумали? – возмущенно воскликнула Габриэль. – Вы же…
Слово «погибнете» она выговорить не смогла.
– Габи, девочка моя, – капитан тепло улыбнулся, хотя Габриэль не могла его видеть, – мы с тобой уже говорили, что волшебников в этом мире не бывает. Бессмертных тоже. Рано или поздно мое время придет. Я не хочу зарастать мхом в отставке. И тем более не хочу, чтобы кто-нибудь из этой леханской швали звался убийцей Да Силвы.
– Много чести! – вполне различимо фыркнул Враноффски.
– Согласен. Если меня убьет сам космос – я не хочу для себя лучшей судьбы. Да и, в конце концов, я сказал «рискованно», а не «смертельно». Может, еще и рано меня хоронить. Может, эта штуковина еще и продержится. Впрочем, если и нет – я неплохо пожил на этом свете. А вам еще жить. Так что хватит спорить, берегите кислород.
Экипаж молчал. Нуарэ пробормотал почти про себя:
– Это тот самый момент, когда мне бы хотелось надеяться на лучшее.
– Как говорили ваши дальние предки, Рафаэль, – улыбнулся капитан, – делай что должен, и будь что будет. Я не француз и уж точно не рыцарь, но они говорили верно.
Ударом кулака он отключил связь и направился в рубку. Путь пролегал через отсек экипажа. Отряд Карреры смотрел встревоженно, но лишних вопросов не задавал. У них, кажется, никто не пострадал – во всяком случае, серьезно. Алла держалась за мягкое место и цветисто жаловалась, что надо же было так некстати отойти в уборную. Каррера, похоже, был готов записывать избранные выражения. Остальных тоже раскидало при попадании, но ударная группа на то и ударная, чтобы реагировать на любые неожиданности.
Асахиро стоял чуть в стороне, вытирая кровь со лба – все-таки обо что-то приложился. Капитан жестом подозвал его и снял с пояса «Аспид».
– Храни. Если что – потом вернешь. Если еще что – в твоих руках я за него спокоен.
Асахиро коротко поклонился. Капитан обернулся к Снайперу:
– Тебе не предлагаю. Ты сам – оружие, тебе ни к чему.
И по-дружески, но от души врезал ему кулаком в плечо. Точнее, попытался – Снайпер среагировал мгновенно, и рука Да Силвы встретила жесткий блок. Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза, затем капитан чуть улыбнулся и ушел.
– Я. Никуда. С вами. Не полечу.
Голос семнадцатилетней девушки был спокойным и решительным.
– Ты пока еще не в том возрасте, чтобы не зависеть от своей семьи ни в чем, – парировала мать. – Можно подумать, на Стеллариуме III ты учиться не сможешь. Мы сумеем оплатить твою учебу.
– Можно подумать, в деньгах дело! Я не оставлю Сомбру, здесь мой дом. Не смейте лишать меня единственной возможности видеться с отцом. Или ты думаешь, что твой очередной новый муж мне его заменит?
Упомянутый новый муж матери демонстративно откашлялся, давая понять, что он присутствует при разговоре.
– А жизнь матери для тебя пустой звук? Сколько ты его видела все то время, пока он мотался по космосу?
– Сколько ни видела, все мое. Можно подумать, он, как ты говоришь, мотается по космосу просто так. Скучно стало, погулять вышел! Ты это еще высшему командованию Космофлота скажи, вот они повеселятся.
– Тебе не кажется, что хамить родителям – плохая идея?
– Плохая идея – это решать за человека, который сам может думать, что ему надо.
– Алина Аманда Исабель Смирнофф Да Силва! – повысил голос отчим. – От тебя и так в последние пять лет сплошные проблемы. Весь лицей стонет от твоего скандального поведения. Дома с тобой не сладить. Изволь наконец хоть сейчас не осложнять жизнь своей семье, иначе я буду вынужден применить силу.
– Лицей? Стонет? Вы хоть раз моими школьными делами интересовались? Ах да, о чем это я. Но если вдруг – запросите мой табель с отличными отметками или копию письма с рекомендациями в Штормградский университет. Это у вас называется «проблемы»? – тон девушки стал совсем ледяным. – А еще очень интересно, какие же от меня проблемы дома. Слишком много ем? Вообще смею существовать?
– Аля! – возмутилась мать, – Что ты такое говоришь?
– Не я тут начала о проблемах и применении силы, – девушка снова обратилась к отчиму, и в ее глазах внезапно полыхнула злость. – Знаете, я очень люблю своего отца. Он научил меня многому. И тому, что большой шкаф громче падает, он тоже успел меня научить.
