П л а т о н. Не люблю, а отношусь к ним с уважением.
К л о к о в. Там вас нарисовали ангелом, а вместо крыльев — пятирублевые бумажки. И подпись: «Стяжатель».
П л а т о н. Правильно, потому что все тяну к себе, а, по-вашему, надо к соседу?
К л о к о в. Высшая цель вашей жизни?
П л а т о н. Вот это и есть высшая — жить по-человечески.
К л о к о в. А может быть, следовало сначала о государстве подумать?
П л а т о н. Не пойму тебя, приятель…
К л о к о в. Через государство — к своему личному?
П л а т о н. А мы вместе с государством и планируем и богатеем… Правда, я чуть-чуть впереди. Потому как у него еще много дармоедов: кто-то совсем не работает. Кто-то много болтает и мало работает… А в моем государстве этого нет… Как заработал, так и ешь! Как заработал, так и одевайся. Будем кончать, приятель.
К л о к о в. Что это вы стругаете?
П л а т о н. Ложку.
К л о к о в. Давайте сделаем несколько фото. Надеюсь, вы часто вспоминаете завод, свой станок? Станьте так, словно вы задумались.
П л а т о н. Мысли не сфотографируешь.
К л о к о в. Ну, тогда возьмите пенсионную книжку и посмотрите на нее так, будто вам подарили огромную радость. И спокойную старость.
П л а т о н. Не подарили — заработал. И не в ней радость и покой.
К л о к о в. Не могу же я сфотографировать, как вы ложку стругаете, это не кадр.
П л а т о н. Сколько тебе платят?
К л о к о в. А что такое?
П л а т о н. Я тебе все выкладываю, а ты таишься.
К л о к о в. Сто пятьдесят.
П л а т о н. Немало. За такие деньги пора научиться соображать.
К л о к о в. Бурбон.
Т а н я. Здравствуйте.
К л о к о в. Привет.
Т а н я. Виделись с отцом? Не подходит? Отрицательный тип, да?
К л о к о в. Почти.
Т а н я
К л о к о в
Т а н я. Я будто специально готовила себя для вашего очерка. А что? Школу окончила с медалью и пошла работать на завод…
К л о к о в. Баллов не хватило?
Т а н я. Даже документы никуда не подавала.
К л о к о в. Интересно.
Т а н я. Зайдете в цех, на доске Почета
К л о к о в. Интересно.
Т а н я. Люблю литературу. Толстой, Достоевский, Джек Лондон, Фицджеральд, Сент-Экзюпери, Распутин, Гончар, Загребельный…
К л о к о в. Интересно.
Т а н я. Мечтаю стать стюардессой, взглянуть на планету с высоты полета лайнера. Люди оттуда будут казаться мне точечками, и даже вы, корреспондент, со своим аппаратом покажетесь мне чем-то вроде божьей коровки, муравья или даже блохи.
К л о к о в
Т а н я. Надеюсь, ее не будет.
К р я ч к о. Не спится? Я тоже не сплю. Представляешь — во всем мире люди спят, а пенсионеры, словно совы, глаза выпучили, не спят. А если и переворачиваются на другой бок, то тихо, чтобы других не разбудить.
П л а т о н. Перед детьми один раз спасуй, в другой они тебя и спрашивать не будут.
К р я ч к о. Пойду.
Л и д а. Не надоел вам этот въедливый сосед?
П л а т о н. Да я уж и привык к нему, как к хронической болячке. Разбудил он тебя?
Л и д а. Я крепко сплю, если знаю, что спешить некуда.
П л а т о н. Выходит, любишь поспать: куда человеку спешить, если он вольная птица.
Л и д а. У меня тоже работенка не из легких.
П л а т о н. Так ты работаешь? А я и не знал.
Л и д а. Работаю.
П л а т о н. По какой же специальности?
Л и д а. Моя специальность — жена. Сложная специальность.
П л а т о н. Впервые слышу такое.
Л и д а. Уметь любить своего мужа не так уж просто и не так легко.
П л а т о н. А ну, давай примеры, как говорил один корреспондент.