За все в ответе полностью

Взрыв. Еще и еще. Черным дымом затянулось небо. Миронов и Мария поднимаются, отряхиваются от земли, выплевывая пыль.

Маруся?!

М а р и я. Миронов… Ну и тяжел ты, Миронов! Как тут оказался?

М и р о н о в. Подогнал свой «четвертак» к экскаватору, мрамор взорванный отвозить.

М а р и я. Спасибо, Миронов… Вот и ты меня подвыручил!

М и р о н о в. Чего бежала? Ведь прямо на смерть.

М а р и я. Надо — вот и бежала.

М и р о н о в. Куда ты опять?

М а р и я. В Кривую Балку. Пункт управления взрывными работами там?

М и р о н о в. Там.

М а р и я. Звонила — не дозвонилась. Хочу остановить эту пальбу. Будь здоров! (Срывается с места.)

М и р о н о в. Бой-баба… Да ее ли это дело? (С тревогой смотрит ей вслед.)

Снова сотрясает землю канонада.

Маруся!

Ему надо бы упасть, прижаться к земле, но он бросился под взрывы. Возвращается, неся на руках  М а р и ю.

Тишина. Лишь бешено взревел мотор мироновского самосвала.

И опять — тишина. Левая половина сцены.

Д о б р о т и н  один.

Д о б р о т и н. А если она умрет?..

Входит  В а с и л и с а.

В а с и л и с а. Здравствуйте.

Добротин кивнул.

Егор дома?

Д о б р о т и н. Дома.

В а с и л и с а. Я — жена Егора.

Д о б р о т и н. Жена?

В а с и л и с а  молчит.

(Зовет.) Егор! Садитесь, пожалуйста. Будем знакомиться. Анатолий Мартынович.

В а с и л и с а. Василиса Одинцова.

Д о б р о т и н. Мария Сергеевна — ваша сестра?

В а с и л и с а. Сестра.

Е г о р  молча подходит к отцу и Василисе.

Д о б р о т и н. Сегодня я уже дважды побывал в больнице. Вызвал сюда профессора из Москвы. (Егору.) Мне нравится твоя жена.

Е г о р. А мне, представь, не очень.

Д о б р о т и н  выходит.

Как Мария?

В а с и л и с а. Так же, как вчера. Плохо. Дежурим возле нее, то мама, то я. Да еще Бокарев все время сидит.

Е г о р. Какой Бокарев?

В а с и л и с а. Археолог тут один.

Е г о р (после паузы). Почему ты сказала отцу, что ты — моя жена?

В а с и л и с а. Разве не так?

Е г о р. Три тысячи я спалил в феврале. А сейчас — июнь. Семейные люди встречаются чаще.

В а с и л и с а. Я ждала, пока ты придешь ко мне.

Е г о р. А я не собирался.

В а с и л и с а. Правда, эта гордость — против меня. Но все-таки гордость.

Молчание.

Гошка!.. (Плачет.)

Е г о р. Что ты?

В а с и л и с а. Я боюсь.

Е г о р. За Марию?

В а с и л и с а. И за нее, и… ох, как все одно к одному!.. За тебя тоже боюсь.

Е г о р. Но я… в порядке.

В а с и л и с а. Вчера Маша перед тем, как уйти на работу… утром-то ведь не думала, не гадала, что днем с ней случится… вот она с мамой разговаривала, советовалась. Я услышала. Стала за дверью и, как последняя гадина, подслушала… Но мне не стыдно.

Е г о р (стирает ладонью слезы с ее щек). Что говорили-то?

В а с и л и с а. Нашли труп в реке. Любима, твоего друга.

Е г о р. Любима? В реке… Спасли?

В а с и л и с а. Говорю тебе, труп. Еще зимой утонул. А теперь только всплыл. Один парень, у которого он украл полушубок, подтвердил, опознал.

Е г о р. Помню я этого парня, помню. (Горестно.) Нашел ты наконец полное отчуждение, Любим.

В а с и л и с а. Тебя могут заподозрить?

Е г о р. В чем?

В а с и л и с а. Ведь не ты его убил, не ты?!

Е г о р. Я?.. Откуда такая ерунда?

В а с и л и с а. Бывает. Случайно как-нибудь. Выпили, поссорились. Толкнул его, а он — в прорубь…

Е г о р. Да, мы с ним поссорились, это верно.

В а с и л и с а. Ага, ага…

Е г о р. Любим украл полушубок. Я сказал ему: ты — подонок. Он ушел. В краденом полушубке. С тех пор мы с ним не встречались. Мне говорили потом, что часто видели его пьяным.

В а с и л и с а. Мария, когда с мамой советовалась, за тебя волновалась. Одно подозрение — и то уже… посадить могут.

Е г о р. Могут. (Задумался.)

В а с и л и с а. Ты правду сказал, да? О чем ты думаешь?

Е г о р. Сейчас — о твоей сестре. В больницу к ней — можно?

В а с и л и с а. Нельзя.

Е г о р. Врачи что говорят?

В а с и л и с а. Врачи говорят, что ее может спасти только чудо. (Уходит.)

Е г о р (в крайнем возбуждении). Где же взять чудо, где взять чудо? (Зовет.) Отец!

Входит  Д о б р о т и н.

Д о б р о т и н. Тише. Мама спит, ей нездоровится.

Е г о р. Сколько тебе потребуется времени, чтобы оставить стройку? Совсем уйти, уволиться. Или перевестись куда-нибудь…

Д о б р о т и н. Странный вопрос.

Е г о р. Две недели хватит? Или — мало? Конечно, надо же договориться в министерстве. Может быть, съездить в Москву. Попросить. Потом кому-то сдать дела. Нет, если решительно взяться…

Д о б р о т и н. Ты… гм… в своем ли уме?