Детективное агентство «Сова» расследует череду загадочных убийств. По манере все преступления несхожи, но покойники были знакомы между собой, и убивали их почему-то по четвергам.Оказалось, что все потерпевшие были клиентами фирмы, которая обеспечивала неверным мужьям алиби на время их отсутствия. Фирма готовила мужикам командировочные документы, авиабилеты туда и обратно, счета из гостиниц, фотографии на фоне нужных городов и даже свидетелей. Получив этот комплект, ребята недельку могли развлекаться с девочками в подмосковной усадьбе. Очень удобно!.. И вот кто-то мстит!..
Полночь еще не наступила, но в маленьком переулке рядом с Якиманкой было уже пустынно… Жизнь здесь кипит только днем. К концу рабочего дня поток людей, снующих с деловым видом затихает. А к десяти вечера узкие улочки совсем вымирают. Такое здесь место. Ни злачных заведений, ни местной шпаны, ни уютных мест для влюбленных парочек.
Старые невысокие дома, которые в документах местного начальства числятся как «жилой фонд», давно уже перепроданы. А новые хозяева здесь не живут, а делают деньги. В особнячках – фирмы, во флигельках и квартирах – фирмочки, а на чердаках и в пристройках – фирмушечки. Те, в которых максимум три сотрудника: генеральный директор, главный бухгалтер и секретарша…
Угловой дом в три этажа имел один подъезд с наскоро подновленной дверью. Охраны внутри не было, как не было и замка на двери. Каждая контора, обитавшая в этом дряхлом особняке, оберегала себя сама, не очень общаясь с соседями…
Уличные фонари в переулке были, но в половине двенадцатого экономные энергетики отключали освещение. А кому светить? Добрые люди в такое время или в «ящик» смотрят, или в своих кроватях сопят.
Одинокая фигура двигалась вдоль домов мягкой скользящей походкой – чтоб не стучать в тишине каблуками. Дойдя до двери подъезда, ночной посетитель оглянулся и юркнул в прохладное, чуть освещенное одинокой лампочкой чрево особняка.
Вот он второй этаж. Дубовая дверь с хилым китайским замком распахнулась сразу – ключ, открывавший ее в первый раз, не подвел.
Теперь надо зашторить окна, включить тусклую настольную лампу и работать.
На стол были вывалены папки со стоявшего в углу стеллажа… Зажурчал ксерокс… Десять отснятых страниц, пятьдесят, сто…
Работа близилась к завершению, когда ночного гостя насторожил легкий шум за входной дверью. Сразу же был остановлен копировальный аппарат, выключена лампа. В тишине и мраке звякнул замок входной двери и в просторном коридоре вспыхнул свет. Сразу же послышался скрип пружин старого дивана и писк кнопочек телефона. После короткого ожидания неожиданно весело зазвучал голос молодой женщины:
– Вася, это ты? Я уже на месте… Заканчивай поскорей… Что, через десять минут? Хорошо, я все успею… Нет, я потом постелю. Я пока в душ пойду… Нет, еще не сняла. Не хулигань… Ты опять всего на час? Обидно… Понятно, что все успеем, но… Ладно. Жду.
Говорившая по телефону с шумом бросила трубку на место, вскочила с дивана и, мурлыкая модную мелодию, поскакала в ванную. Она даже сбросила с себя одежду и включила воду, но… Если бы она сразу встала под струю душа, ничего бы не произошло. Что потянуло ее в большую комнату? Она и сама не могла потом вспомнить.
Женщина вошла, включила свет и остолбенела… Она уходила отсюда последней. Всего пять часов назад. И оставила после себя полный порядок. Теперь же – развернутый ксерокс посреди стола, груды папок со стеллажа, стопка свеженьких копий… Она машинально сделала несколько шагов вперед, взяла верхний, еще теплый лист с четким текстом. Это была страница договора с клиентом… С кем? Для этого надо взять очки из сумочки, оставшейся в коридоре.
Она хотела обернуться, но не успела. Краем глаза увидела занесенный над своей головой увесистый обрезок дубовой доски. Когда-то она сама привезла его с дачи и использовала как подставку для горячих кофейников…
Лишь долю секунды толстая деревянная пластина зависла наверху. Потом она резко пошла вниз и все померкло… Прощай, Вася!
В свое время Роман приложил много усилий, чтоб его рабочее место оказалось в самом дальнем углу огромной комнаты. Это очень удобно. Когда много работы, то там, в укромном уголке можно сосредоточиться и никто тебе не мешает. А когда нет работы – можно расслабиться и опять тебе никто не помешает. При этом выполняется и главный принцип любой службы – держаться подальше от начальства.
Начальство… Это же надо руководить адвокатской конторой и иметь при этом фамилию Зарубин. Все клиенты разбегутся! Нам надо их спасать, оберегать, защищать. А тут – Зарубин… Это больше для прокурора подходит.
Нет, начальник он, конечно, не самый плохой. И если фамилия подкачала, то отчество для адвоката точно в масть – Михаил Абрамович. Клиенты очень любят адвокатов – евреев. Как и портных, и зубных врачей, и скрипачей.
Хороший мужик, Зарубин. Но очень прямолинеен и недальновиден. Тоже мне название придумал для своей адвокатской конторы – фирма «Брест». Это намек на ту самую героическую оборону. Мы, мол, за своих клиентов насмерть стоять будем. Но можно подойти и с другой стороны. Смотрит на адвокатскую контору «Брест» человек и думает: «Ребята защищались, конечно, стойко, но месяца полтора – два. А потом кто смертью пал, а кого в концлагерь. Нет уж! Меня такая перспектива не устраивает». И идет себе потенциальный наш клиент к конкурентам, в фирму «Успех» или «Свобода».
