— Ада, — его губы двигались по моей ключице, его дыхание было тяжелым. — Я не знаю, хочешь ли ты, чтобы я отпустил себя. Я не буду нежным, — он задрал мою футболку, открывая грудь и склоняя свою голову. Мое тело выгнулось, глаза закрылись, я была рада его губам на своем соске, горячим и влажным. Усиливалось давление между моих ног, огонь просил, чтобы его высвободили.
Я не хотела нежности. Я хотела его руки ниже.
— Коснись меня, — прошептала я, убирая его ладонь со своей груди, где медленно двигался его язык. Я повела ее по своему животу, мышцы напрягались от ощущения его кожи.
Он замешкался у моих трусиков, может, сомневался. Он поднял голову и посмотрел на меня, будто дикий зверь в клетке. Я смотрела на него, желая его, умоляя его. Я никогда еще так не хотела этого, не думала, что возможно ощущать такой голод, желать оргазма, как зверь добычу.
Он закрыл глаза, его губы нашли мои, наши губы и языки слились, камень и огниво, пока не полетели искры. Его вкус… О, я могла пить его весь день.
Его пальцы медленно спустились в мои трусики, длинные и опасные. Ладони уже знали мою кожу, так что не медлили.
Он резко вдохнул, ощутив, какая я влажная. Я не могла дышать. Тело удивило меня, показало мне, что оно может, чего хочет, в чем нуждается.
Его пальцы были грубыми, а я — шелковой, и он медленно погрузил один палец, неспешно двигал его по моей чувствительной плоти. Теперь я стонала, скулила, ощущая слишком много, нуждаясь во многом. Я открылась шире, давление усилилось. Я сжала его шею, его плечо, мои ноги не слушались, кровь внутри стала невесомой.
Он ответил, погрузив пальцы глубже, а потом медленно вытащив их и надавив.
Я не могла сдерживаться.
Я кончила в его руках, и Ады больше не было. Я лишилась костей, стала желе, одноклеточным организмом, что парил среди звезд. Я громко кричала, Джей пыхтел в мою шею, радуясь моему наслаждению. Мои ногти впились в него до крови.
Я все еще не была собой, не мыслила здраво, летала по галактикам, когда он выдохнул:
— Блин, — поднял меня и бросил на кровать.
Я лежала там, ошеломленная, довольная, но ненасытная, и он сжал руками мой воротник и порвал футболку пополам. Это не было необходимым, но Джея тут уже не было, как и Ады. Его глаза говорили о другом, там был дикий зверь на охоте, и он впервые собирался поесть.
Мое нижнее белье улетело, и я осталась на спине, обнаженная и открытая ему впервые. Он разглядывал мое тело, впитывал меня, его ноздри раздувались, как у быка перед броском.
Но он как — то сдерживался. С трудом. Его лицо пылало, он стиснул зубы, мышцы были напряжены. Он стоял у кровати и пробовал меня взглядом.
Он разделся.
Улетела футболка.
Улетели джинсы.
А потом и боксеры.
И Джей оказался голым.
Я знала, что он был произведением искусства, но не подозревала, насколько он чудесен. Каждый дюйм его тела был без изъяна, золотистым, вырезанным, как бриллиант.
И он был заведен. Очень сильно.
Я ощутила его минуты назад, но все равно была удивлена. Я не думала, что когда — то так глазела на мужчину, еще и обнаженного. У Диллона было хорошее тело, но он был юношей, и он не был так уверен. И я видела его в спешке, обычно все затуманивал алкоголь или скрывала одежда.
Но не Джей. Я видела его четко, разглядывала каждый твердый дюйм. Джей был мужчиной, и он стоял передо мной, не переживая, что обнажен. Он хотел, чтобы я смотрела, хотел реакцию. Он был таким умелым в этом, что я забывала, что он был девственником, так что нуждался в восхищении от его тела.
Я не играла. Мой рот все время был открыт, и во мне снова закипало возбуждение, такое же жадное и рьяное, как до этого.
— Иди сюда, — выдавила я с пылом. Моя смелость все еще удивляла меня, у меня не было ни стыда, ни сомнений. С ним я хотела испытать на полную каждый миг.
Он кашлянул, глаза вспыхнули от приглашения.
— Ты уверена?
Он все еще боялся сорваться, боялся, что ранит меня. Плевать.
— То, что ты со мной сделаешь, — сказала я, — это то, чего я хочу, — я скользнула ладонью у себя между ног, чуть раздвинула их, показывая ему. — Я справлюсь. Я справлюсь с тобой.
Он издал рык.
— Вот и посмотрим, — прошипел он и тут же оказался на мне, навис надо мной. Нетерпение питало его ладони, они скользнули меж моих ног, по моим бокам и попали на мои волосы, сжались в кулаки.
Губы нашли мои, дико двигались, и его рот оказался всюду: на ключице, груди, животе. На миг его голова оказалась между моих ног, его плоский и горячий язык скользнул в меня, нашел мой клитор, и я снова оказалась на грани.
Я схватила его за волосы, подняла его голову, и на миг тревога сморщила его лоб. Я сказала:
— Я не хочу так скоро кончать.
Он вытер блестящий рот предплечьем в смятении, не зная, почему я не хотела кончать весь день каждый день. Но я просто хотела его в себе как можно скорее. И это желание было сложно игнорировать.
Он подвинул мое тело, его ладонь уперлась рядом с моей головой, чтобы он не раздавил меня, его колено развело мои ноги шире. Другой рукой он сжал свой член, оказался между моих ног. Его тело дрожало от напряжения, и я ощущала это в себе.
Сейчас.
Мне нужно именно это.
