Натан Дарк. Даже его имя звучало для меня как рёв такой волны. И именно такие волны накатывали на меня при каждой встрече с этим мужчиной. Правда, лишь тогда, когда этого желал он сам. И это раздражало. Это вызывало негодование на саму себя и чувство враждебности к нему. Мы не любим тех, кто выбивает почву у нас из-под ног. Мы стараемся отдалиться от тех людей, что уничтожают нашу уверенность в себя, что принижают нашу самооценку. А если нет, то значит, мы не здоровы психически, значит, нам нравится пребывать в угнетённом состоянии. Но я знала это состояние. Я помнила его из своего детства. И мне удалось убить в себе любовь к той, которая пробуждала это чувство у меня.
Но с ним...с ним я всё чаще и всё сильнее ощущаю, как уходит из-под ног земля, и ничего не могу сделать с этим. Особенно если смотреть в его глаза. Туда, где вразрез с его спокойным, даже хладнокровным обликом, бушуют самые настоящие волны-убийцы. Такие же чёрные и страшные.
- Мы будем разговаривать здесь, или король пригласит меня в свой дворец?
Отметив про себя, как проскользнуло недовольство в чёрном взгляде.
- Мы не собираемся вообще разговаривать. Я провожу тебя домой, а ты дашь мне слово больше никогда здесь не появляться.
- Очень смело, - ухмыльнулась, подходя к нему, - Насколько же ты уверен в собственной власти, Натан Дарк? Кто дал тебе её?
- Никто и никогда, Ева, - сделал шаг мне навстречу, и мы уже так близко друг другу, что мне кажется, я вижу, как он вдыхает запах моих волос, - это ответ на второй вопрос.
- А на первый?
- Поверь, ты его не хочешь знать. Просто послушайся моего доброго совета. Он будет последним.
- Ты не представляешь, насколько я любопытна, Дарк.
Он вдруг резко отшатнулся назад, снова прислоняясь к стене спиной.
- Хорошо. Прямо сейчас ты покинешь катакомбы. Покинешь навсегда. Иначе в следующий раз ты останешься в них навсегда.
Сказал просто. Очень просто. Без какой-либо самонадеянности. Без какой-либо явной угрозы в голосе...но именно это спокойствие и заставило вздрогнуть. Так говорят люди о чём-то само собой разумеющемся. О чём-то, что не подлежит сомнению...и он не сомневался в своих словах в этот момент.
И я улыбнулась. Улыбнулась, чтобы скрыть, как вдруг сознания коснулись щупальца страха от понимания - он может это сделать. Если захочет. Он может сделать со мной что угодно. Здесь. На его территории. Впрочем, разве не понимала я это, когда шла сюда одна? Понимала. Как и то, что ничего не добьюсь, если приеду в логово волка с охотниками в полицейской форме. Даже самому сильному зверю нужно показать, что ты не смеешь сомневаться в его власти над собой. Но только чётко следя за тем, чтобы не показаться слабой добычей, которую он может сожрать одним движением челюстей.
- Нет, Дарк. Прямо сейчас ты выполнишь условия нашей с тобой сделки. Не то иначе мы с тобой оба покинем эти катакомбы...и я постараюсь, чтобы для одного из нас это оказалось навсегда!
***
Ткнула пальцем мне в грудь, глядя прямо в глаза. У самой в синих омутах водоворот закрутился. Злится. А мне плевать. Я на неё смотреть не могу спокойно. Всё ещё хочется в стену впечатать и отодрать. И из-за упрямства её долбаного хочется этого ещё больше. И как можно грубее, чтобы от криков охрипла, чтобы на коленях ползала за дерзость свою. Всего лишь схватить её сейчас за руку и протащить в свой домик. Наверняка, высокородную леди никогда не трахали в таком, как моё, жилище...и от одной мысли, что другие мужчины у неё были, снова перед глазами всё чёрной пеленой ярости заволокло.
А они были. Не могли не быть. Сквозь пелену эту смутные силуэты различаю. Мужской и женский. И я не вижу лиц, но знаю, кому принадлежит второй. И мне на хрен не нужно видеть первый, чтобы ощутить чистейшую ненависть к нему. Встряхнуть головой, пытаясь согнать эти образы. Выдохнуть. Медленно. Чувствуя, как входит в лёгкие каждая молекула воздуха. Кажется, получается. В висках только один вопрос, полный недоумения и одновременно протеста...какого чёрта меня так крутит от этой женщины? И я не знаю ответа. Знаю только, что не перестанет ломать до тех пор, пока не сделаю своей. А там...а там посмотрим. Но что-то подсказывает: с ней не будет как с другими. Ева Арнольд не может надоесть мне за пару ночей. А, впрочем, кто знает?
Возмущенно сверкнула глазами. Ей не нравится моё молчание. А мне нравится видеть тебя вот такой распалённой. От страсти или в ярости - неважно. Лишь бы не высокомерное ледяное безразличие, которым травила вначале.
- Что именно хочет узнать настойчивая госпожа следователь?
- Ты говорил о том, что собираешься выяснить у других детей из приюта о жертвах маньяка.
- Я выяснил.
И еле сдержать улыбку, когда она гневно прошипела мою фамилию.
- Дарк.
