- О, да: пока каждый знает про проклятие - его не уничтожить, ибо люди в него верят и его боятся. Стоит о нем забыть, его не воспринимать как проклятье - все само собой пройдет. Вот их теория. Она настолько же глупа, насколько нереальна в осуществлении. Маги забывают, что сами принадлежат к черноморскому роду, но и не думают сами предавать забвению истории о колдунах и проклятиях. А проклятье - это не просто колдовское желание. Это силы, накопленные годами, которые колдун переносит на отдельный объект, предрекая его будущее. И снять проклятье можно, лишь заново воздействуя на этот предмет.
- Проклятье можно снять, а это по силам лишь колдунам. Почему же вы допускаете, чтобы люди убивали друг друга из-за ненависти и вековой вражды?! Вскоре они, несомненно, обратят свои взоры в сторону чародеев, и последует новая волна костров! А куда нам опять бежать? Люди ведь живут с вами под боком - и на юге и на севере…
- Ты еще слишком юна, Марго, - жестко ответил Сарпион. - Ты даже не определилась, в каком ты лагере: нашем или вашем. Но колдуны никогда не были и не будут едины.
Да, мы всегда принадлежали к разным сообществам. Кто-то выбирает судьбу изгнанника и отшельника, кто-то продолжает называть себя человеком, а некоторые - Владыками, причисляют себя к древним богам. А ты кто? Ты хочешь помочь своим друзьям, или уже жаждешь славы, стремишься обладать жидкостью, которая пополнит стан твоих соратников и сможет уничтожить врагов?!
- Я… Я бы хотела помочь Лиссе, ее брату… Ортеку, - сбивчиво ответила далийка, пораженная вопросами, которые поставил перед ней колдун.
- И чем же ты собираешься им помогать? Ты еще слишком слаба, Марго. Колдовать можно не только, страстно желая преобразовать действительность. Для этого нужны годы обучения. Ты должна уметь подчинять себе свои желания и мысли. Но самое главное ты должна постичь законы мироздания. Тебе не удастся сделать то, что невозможно даже вообразить. Ты должна всегда знать первичный материал, последствия своего колдовства и то, как оно совершится. А что тебе ведомо о мире, Марго? Ты даже не знаешь, что такое облако, откуда берется вода, как разжигают огонь. О чем беседуют учителя с юными графинями в далийских городах и усадьбах?
О приличиях, балах, нарядах…
- Я хочу помочь, - твердо произнесла Марго. - А ты сам сказал, что желания порой достаточно. И я отправлюсь с ними в поход.
Сарпион свернул с узкой лесной тропы и направился обратно к деревне.
- Тогда тебе стоит хорошенько подумать, как помочь, - говорил он на ходу. Сзади раздавался шорох травы под ногами спешившей следом девушки. - Может быть, проклятье и можно снять, и живая вода будет этим средством. Но не сможет же царевич напоить живой водой весь свой народ?! Он уже представляет, как это совершить? Я думаю, что если проклятие и возможно уничтожить, то следует отправиться в те края, где оно было обрушено на кровь изгнанного народа. Я отправлюсь в путь за живой водой вместе с тобой. Отныне я буду обучать тебя колдовству, Марго.
Девушка ускорила шаг и догнала своего высокого спутника. День продолжал преподносить ведьмочке радостные неожиданности:
- Наша экспедиция вне всяких сомнений достигнет своей цели, учитель! Я, конечно, еще неспособна на многое, но с вашей помощью опытного путешественника мы быстро сориентируемся в болотах и отыщем заветный источник. Ведь ежели он уже был найден одним человеком, разве можно сомневаться в успехе колдуна!
У леса не было ни конца, ни края. Лисса поняла, что вскоре собьется со счета дней и ночей, проведенных под сенями широких крон, на зеленых полянах, усыпанными желтыми одуванчиками, в затхлой чаще, среди сухого валежника или колючего кустарника. Старые высокие деревья рвали одежду своими цепкими ветвями, их корявые корневища путались среди ног, молодая поросль вставала непроходимой стеной, а когда, наконец, из-за листвы выступали солнечные лучи, и лес отступал на десяток шагов, несчастный путник был обречен ступать по заросшими травой полянам. Порой под ясным небом и теплым солнцем вырастали не только яркие цветы, но и жгучая крапива.
Лисса в изнеможении опустилась под тень раскидистого дуба, когда темно-зеленая прогалина осталась позади. На глазах выступили слезы, и девушка усиленно протирала лодыжки, в которые вонзились тысячи мелких иголок. Крапивная поляна была пройдена, но сколько еще колдобин, оврагов, широких ручейков, колючих зарослей предстояло преодолеть.
- Когда это уже закончится? - воскликнула девушка. Но рядом не было никого, кто мог бы ей также громко ответить. Единственным собеседником последних дней был верный Ланс.
- Еще не прошло и недели, а ты уже сдалась, - укорил ее дух. - Не думаешь же ты, что им легче идти по лесу, чем тебе. Мы к тому же ступаем по уже протоптанным ими следам, если я еще верно ориентируюсь в этой чаще. Ты очень отстала, и я почти не чувствую наших бывших спутников. Остается только надеяться на то, что ты хороший следопыт.
