– Да-а, разумеется, – не без обиды на очередной глупый вопрос Паркера ответил Отто и отвернулся к иллюминатору, чтобы скрыть раздражение, которое все больше выказывали его злые глаза. – Он и теперь стоит на журнальном столике в моей каюте. Там оба сына сейчас. Угодно вам взять на анализ? – Отто попытался съязвить, но инспектор не принял обиду на свой счет.
– Возьмем, непременно возьмем. – Он спрятал усмешку в густых усах, клацнул зубами о колпачок авторучки. – Не показалось ли вам, господин сенатор, что-то необычайное в поведении слуги?
В ту минуту, когда он пришел к вам по вызову? Вел себя как обычно или же был, скажем, раздражен, испуган, растерян, наконец. Ну хотя бы из-за той же самой царапины, если вздумалось ее от вас прятать? Припомните!
Да, Али действительно был изрядно взволнован в ту минуту, это не ускользнуло от сенатора, но индус объяснил такое состояние души неожиданной встречей с земляком.
– И больше он никого не встречал? – доискивался до мелочей упрямый инспектор, еще раз внимательно осмотрев каюту, как бы опасаясь оставить незамеченную улику недавней трагедии с Али.
«Хотел бы и я это знать!» – едва не прорычал вслух Дункель, но инспектору ответил другое:
– По крайней мере он никого не назвал. А на самом деле… Мне кажется, следует опросить поваров и команду. Да и пассажиров тоже, кто-нибудь мог видеть Али в этот отрезок времени.
– Конечно, конечно, господин сенатор, я так и сделаю. – Африканский Лев тряхнул шевелюрой, степенно поднялся из кресла. – В нашей работе, я имею в виду работу сыщика, – уточнил важно инспектор, – которая проходит на пароходе, плохо то, что здесь слишком много людей и большая скученность. Из-за такой тесноты можно подозревать каждого. Но есть и свои положительные стороны – убийца не может исчезнуть, ведь кругом вода! Если, конечно, за ним не пришлют подводную лодку, – пошутил Паркер, направляясь к выходу. – Прошу вас, господин сенатор, перейти в вашу каюту, эту я опечатаю… Что с вами?
– Клянусь священными водами Стикса! – Отто возбужденно хлопнул себя ладонью по щеке. – Вспомнил! Давно вертелось в подсознании, а теперь всплыло в памяти!
– Да? Что же вы вспомнили, господин сенатор? – В глазах Марка Паркера мелькнули живые огоньки заинтересованности, он живо вынул блокнот из бокового кармана строгого темно-серого костюма. – Слушаю вас с вниманием.
– Как же я забыл сразу! Когда я вбежал в эту каюту, то явственно почувствовал запах дорогих французских духов!
– Здесь был доктор, другие пассажиры, – начал было разочарованно размышлять вслух инспектор.
– Нет-нет, господин инспектор! – Отто решительно взмахнул рукой, как бы отметая прочь всякие сомнения. – Еще до них! Я это уловил раньше, когда на шум упавшего с дивана слуги я первым вбежал в незапертую каюту! Кто-то был здесь до меня! И ушел потихоньку, побоялся хлопнуть дверью или щелкнуть замком! Да, здесь кто-то был буквально за несколько секунд раньше! О Господи, но кто?
– Так-так, это уже интересно! – Брови инспектора вторично взметнулись на лоб, до упора, даже три глубокие складки выдавились. – Вы утверждаете, господин Дункель, что кто-то раньше вас побывал в каюте? Но что он мог здесь искать? Минуточку, минуточку, давайте осмотрим все по порядку. Может, что из вещей пропало?
Паркер «прощупал» каюту самым тщательным образом, даже личные вещи индуса – все оказалось на месте. И ничего лишнего не появилось!
– Так что же, по вашему мнению, могли искать? – Инспектор за ответом обратил проницательный взор на растерянного Дункеля, для которого этот внезапно всплывший и как бы вновь улавливаемый запах дорогих мужских духов был как удар тока по нервам! В высшей степени недоумения он пожал плечами, выказывая свое полное бессилие пока что ответить на этот вопрос.
– Да ничего у индуса и быть не могло! Я имею в виду особо ценного. Правда, я дал ему на дорожные расходы несколько больше обычного, а теперь их нет и ничего на них не куплено… – Отто был явно потрясен таким открытием. – Но я не думаю, что его убили из-за нескольких десятков фунтов стерлингов! На пароходе вон какая богатая публика, могли в любую каюту проникнуть и обогатиться. И убил не простой матрос, тот скорее всего оставил бы после себя запах дешевых сигарет. Здесь был человек знатного положения. Я не мог ошибиться! Потому как такими духами сам никогда не пользовался. Индус же, кроме мыла, как видите, ничего не имел. Был кто-то из пассажиров, среди них и надо искать убийцу!
