С началом войны на бригаду была возложена задача наблюдать за восточным побережьем Ляодунского полуострова от Бицзыво до устья Ялу. За западным побережьем наблюдала Уссурийская казачья бригада, расположенная у Чайчжоу и Сеньючена.
В ночь на 26 января 1904 г. японцы начали высадку авангардных частей 1-й армии генерала Куроки в корейском порту Чемульпо, а 27 января в 11,45 на рейде этого порта произошел неравный героический бой русского крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» с японской эскадрой контр-адмирала Уриу.
За час сражения, выпустив по кораблям противника 1105 снарядов, комендоры «Варяга» и «Корейца» нанесли серьезные повреждения флагману японской эскадры — крейсеру «Асама» и крейсеру «Чиода», потопили один миноносец, но и сам крейсер «Варяг» получил такие пробоины, при которых прорыв к Порт-Артуру оказался уже невозможным. Взорвав «Кореец» и потопив «Варяг», команды перешли на нейтральные военные корабли, стоявшие в Чемульпо в качестве стационеров (сторожевых судов. —
Высадившиеся с японских транспортов в Чемульпо солдаты Куроки через день захватили столицу Кореи — Сеул.
Ожидалась высадка японских десантов и на Ляодунский полуостров в пунктах Дагушань, Бицзыво и в районе Инкоу-Чайчжоу.
Ночью 26 января восемь японских миноносцев подходили к Талиенванской бухте.
Утром 27 января в 1 — м Верхнеудинском полку уже знали о нападении японской эскадры на русские корабли в Порт-Артуре, поэтому были приняты меры по охране Талиенванской бухты от возможного десанта.
На ночь в районе бухты Кер выслали разъезд сотника Лескова, а по берегу Талиенванской бухты поставили посты наблюдения от 5-й сотни. Назначено было дежурное подразделение — полусотня 2-й сотни под командованием хорунжего графа Комаровского (будущего командира 1-го Читинского казачьего полка в 1917 году).
От нее выделены дозоры для поддержания связи с 5-м Восточно-Сибирским стрелковым полком, расположенным на Киньджоуской позиции.
На другой день, 28 января, несмотря на начавшийся тайфун, на городской площади в Талиенване был проведен молебен, на который вывели войска гарнизона. Все были уверены в победе над врагом. «Если на море моряки проспали японца, то на суше мы ему покажем», — говорили в казачьих сотнях.
Казаки горели желанием сразиться с вероломным врагом. И неправда, что они не знали, за что будут воевать. Знали. Внешний враг, Япония, первая напала на Россию, вот и надо сражаться с японцами, чтобы защитить русские интересы на Ляодунском полуострове и в Маньчжурии. Все само собой разумеется, и не требуется других разъяснений. Для того чтобы казак храбро воевал, этого было достаточно.
Опасаясь повторного подхода японских кораблей к Талиенванской бухте, русское морское командование начало установку противокорабельных мин. 29 января казачьи посты верхнеудинцев наблюдали, как взорвался и пошел ко дну минный транспорт «Енисей», ставивший минные заграждения и погибший от своей мины.
30 января полку было приказано выступить на Дагушань и занять весь берег Корейского залива, от Бицзыво до Дагушаня, линией постов.
В поход не выступила 4-я сотня полка, которая осталась в Порт-Артуре, и ее постигла участь всех войск, предательски сданных в плен Стесселем.
Через три дня 1-й Верхнеудинский полк сосредоточился в Бицзыво, где уже находилась его 6-я сотня.
Одновременно с 1-м Верхнеудинским казачьим полком к корейской границе выступил и 1-й Читинский казачий полк. Его первая сотня убыла к корейской границе 28 января, а четыре сотни вместе с 1-й Забайкальской батареей — 30 января. Забегая вперед, необходимо отметить, что 1-й Читинский полк составлял ядро отряда генерала П.И. Мищенко. Другие забайкальские казачьи полки — верхнеудинцы, аргунцы — периодически входили и выходили из состава Забайкальской казачьей бригады, а читинцы находились в ее составе от начала и до конца войны.
Вскоре в Шахедзы собрался весь 1-й Читинский полк, где он получил задачу: находясь в Шахедзы, вместе с 1-й Забайкальской казачьей батареей и охотничьей командой 15-го Восточно-Сибирского стрелкового полка «наблюдать двумя сотнями реку Ялу и побережье от Кулуцзы до деревни Татунгоу (120 верст), захватить на реке все перевозочные средства и произвести разведку в Корею, по возможности, до Пеньяна (Пхеньяна)».
Уже 1 февраля три офицерских разъезда 1-го Читинского полка — поручика Святополк-Мирского, хорунжего Лоншакова и подхорунжего Назарова — были высланы в Корею.
Согласно плану начальника бригады генерала П.И. Мищенко, весь берег от Бицзыво до Дагушаня делился на два участка и поручался для наблюдения 1-му Верхнеудинскому казачьему полку. По решению полковника Мациевского, командира верхнеудинцев, первый участок от Бицзыво до реки Биляохэ был поручен для наблюдения 1-й сотне, второй — от реки Биляохэ до полуострова Вандятыня — 2-й сотне.
