И наконец, Лёгкие кожаные брюки Короля Призрачных Гулей. Тут вариантов возможных для использования рун имелось куда больше, но я остановился на усилении резистов. Ещё один «Цветущий Папоротник» в дополнение к такой же руне в нагруднике — в сумме получаем 80% защиту от яда. И две «Снежных Королевы» для 80% защиты от холода. В плащ и ремень руны вставлять было нельзя, а свои старенькие сапоги я планировал уже завтра заменить, когда закончится срок аукциона на Сапоги Короля Призрачных Гулей, так что тратиться сейчас на руны было глупо. Напоследок заменил руну «Везунчик» у игровой помощницы пикси Веи на более продвинутый аналог «Переохлаждённая Вода», что повысило шанс Парирования и Уклонения ещё на два процента, и с рунами было закончено.
Проверив время и решив, что успеваю ещё переточить меч-фламберг под только что полученный сотый уровень персонажа, зашёл в лавку оружейника. Несколько удивился, обнаружив там Рею Ури, с палашом пиратского капитана в лапах на повышенных тонах разговаривающую с ремесленником. Напрягся было, поскольку от непредсказуемой волчицы всего можно было ожидать, но оказалось, что практикантка «Стальной Короны», так же как и я, хочет усилить имеющийся клинок, и вопрос упирается в стоимость работы.
— Без Харуми очень трудно вести переговоры, — призналась сокрушённо волчица. — С кицуне всё само собой получалось, я даже не всегда ценила её вклад. А тут этот… умелый, но жадноватый хаджит… — Рея явно в последний заменила другие, более крепкие слова, чтобы окончательно не испортить отношения с кузнецом, — хочет двенадцать золотых монет за простую заточку палаша! Я же не зачаровать клинок прошу, не нанести серебряное напыление и хитрую смазку против нежити, а просто убрать зазубрины на лезвии шлифовальным камнем и переточить! Да цена такой работы от силы двадцать серебрушек!
— Кицуне действительно очень помогла мне в лавке магических рун, сэкономив как минимум треть монет. Кстати, Харуми сейчас неподалёку, вместе с Грымом зашла за покупками к броннику. Ты могла бы поговорить с подругой…
— Нет, она не станет со мной общаться, — Рея даже не дала мне договорить. — Да и я не хочу унижаться перед бывшей подругой и упрашивать её после всего того, что Харуми мне наговорила. Я лучше попрошу фенька Алису, она добрая и не откажет в просьбе. Тебя же, Пёс, прошу, одолжи мне двадцать семь золотых монет — я ещё лук присмотрела получше имеющегося и новые наколенники. Клянусь, я отработаю сполна верной службой и не уйду из твоего отряда до того, как расплачусь с тобой! И… — Рея Ури запнулась и почему-то густо покраснела, — я согласна подписать с тобой контракт на полтора дня на тех же условиях, что и Харуми.
В часе ходьбы южнее города Малахитовый Развал за грядой покрытых лесом холмов начиналась обширная заболоченная низина, широкой полосой километров на девяносто протянувшаяся с северо-запада на юго-восток. Некогда там произрастал густой лес, и почерневшие остовы мёртвых деревьев-исполинов кое-где ещё стояли посреди огромного болота. Но в основном деревья сгнили и попадали вповалку, а густо заросшая болотными травами и оплетённая лианами территория представляла из себя труднопроходимое опасное место, облюбованное всевозможными чудищами, которое хаджиты Малахитового Развала называли коротко и ёмко: «гиблая жуть».
Несмотря на очевидную опасность, бесстрашные или просто безрассудно-жадные до барышей торговцы облюбовали путь через «гиблую жуть», поскольку прямой маршрут экономил до шести часов в дороге. Давно, ещё при прежнем бургомистре Малахитового Развала, через низину в самом узком её месте даже была проложена болотная гать — земляная насыпь длиной километров восемь, причудливо петляющая меж завалов мёртвых деревьев и образовавшихся в низине топей. За прошедшие годы эту насыпь во многих местах размыло ручьями, и на мелководье для возможности прохода торговых повозок по грязи выстлали мостки из стволов погибших тут же на болоте деревьев. В общем, пройти и даже проехать через болотную гать было возможно, хоть и не каждый отважился бы на такой рискованный шаг.
«Розовые Лисята» отважились, пусть и не по собственной доброй воле, а для выполнения игрового задания. Мы шли по насыпи, внимательно осматриваясь и проверяя мёртвый лес по обеим сторонам гати на предмет всевозможных опасностей. Нужно отметить, что поддерживать должную концентрацию и бдительность было совсем непросто, поскольку в полдень яркого дня огромное болото представляло из себя колоритное, наполненное яркими красками и совершенно не страшное место. Великое множество птиц и миллионы цикад наполняли мир какофонией звуков. Рыба плескалась в заросшей растительностью воде. Почерневшие ветви старых деревьев были оплетены молодыми зелёными лианами, что навевало философские мысли о бренности всего сущего и неминуемости обновления. Встречались на погибших деревьях и орхидеи с удивительно прекрасными цветами.
