В криминалистическом отделе сыщику сообщили, что работы по исследованию собранных образцов еще не закончены. Результаты пока есть только по отпечаткам пальцев, снятым с распределительного щитка, проводов и дверных ручек, но ни один из них в полицейской базе данных не значится. Гуров попросил экспертов поторопиться с обработкой остальной информации и поехал на встречу с Изментьевым. Он чувствовал, что близко подошел к разгадке личности Коллекционера и крутится теперь вокруг да около. Ему казалось, что ответ на все вопросы где-то совсем рядом. И не хватало лишь одного небольшого толчка, чтобы скорректировать траекторию поисков в нужном направлении, и Гуров надеялся, что разговор с профессором и будет этим самым импульсом, который перенаправит в новое русло течение расследования.
Встречу с Изментьевым сыщик назначил в небольшом, но уютном ресторанчике неподалеку от Главка, за Садовым кольцом, на Самотечной улице. Туда он приехал немного раньше профессора, чтобы снять отдельный кабинет, в котором можно было бы спокойно пообщаться. И, только войдя в ресторан, Гуров вдруг понял, что за сегодняшний день, кроме чашки кофе, во рту у него ничего не было. Ароматные запахи с кухни настолько возбудили аппетит, что сыщику пришлось сглотнуть слюну, и у него засосало в желудке. Есть сыщику захотелось почти нестерпимо, но он себя сдержал. Время подходило к вечеру, и не стоило питаться в ресторане, перебив себе аппетит перед ужином. Иначе Мария вновь начнет мужа укорять тем, что он не следит за питанием и у него снова может открыться язва желудка. Сглотнув слюну, Гуров все же решил уменьшить ощущение голода, заказав себе к кофе парочку пирожных. И начал их поглощать, едва принесли заказ, не дожидаясь появления Изментьева.
Профессор вошел в ресторан с толстым портфелем, забитым какими-то бумагами. Часть из них он сразу стал выкладывать на стол, и Гуров, рассмотрев среди документов какие-то графики и таблицы, слегка поморщился. Видимо, как это бывало и в прошлые их беседы, ученый собирается сделать предстоящее обсуждение оговоренной темы максимально аргументированным и подтвержденным научными выкладками. От предложения Гурова заказать ему кофе Изментьев не отказался, но добавил к заказу и рюмку коньяка, аргументировав это тем, что рабочий день у него закончился, а исследования, которые попросил сделать сыщик, получились весьма плодотворными и полностью подтверждающими теории его коллеги.
– Лев Иванович, это просто феноменально! – воскликнул профессор после того, как опустошил рюмку коньяка, закусил лимончиком и перешел к кофе. – Мой коллега действительно сделал разработку, не только позволяющую существенно продвинуть изучение сельхозкультур, но и дающую возможность перманентно влиять на урожаи. А исследуя твои образцы, он полностью подтвердил свои наработки. Сейчас он отправил данные с образцами культур на молекулярно-генетические исследования. И я уверен, что эта новая проверка все подтвердит.
– И что она должна подтвердить? – чуть иронично поинтересовался сыщик.
– Что метод моего коллеги позволяет по долевому содержанию минеральных веществ в растении определять тип почвы, на которой они росли. А также воздействие вносимых в грунт естественным или искусственным способом веществ на формирование плода, – торжественно заявил Изментьев.
– Я не ботаник. Поэтому обойдемся без подробностей, – остановил профессора Гуров. – Давай сразу перейдем к результатам…
– Подробности нужны, чтобы понять результаты. Но я постараюсь объяснить тебе на пальцах, раз уж ты категорически отрицаешь свои познания в ботанике. А между прочим, Лев Иванович, основы ты учил еще на биологии в шестом классе! – перебил сыщика профессор. – Суть в том, что все питательные вещества растение получает с водой из почвы. Вода и растворенные в ней минеральные соли поднимаются по растению от корней к листьям и плодам. И цветем, естественно. При этом минеральные вещества в этой системе обмена занимают не более двух-трех процентов, и именно они и оставляют в растении, так сказать, почвенный след.
Изментьев сделал паузу и, требовательно подняв палец вверх, показывая этим, что готовит продолжение, сделал пару глотков кофе, посмаковав вкус на нёбе. Гуров терпеливо ждал окончания лекции, понимая, что иначе рассказывать профессор просто не может. И сыщик даже вздохнул с невольным облегчением, когда тот заговорил вновь.
