Остановившись возле кучки пропускающих нам дорогу Божьих существ, мы образовали кружок, чтобы лучше друг друга видеть. Я понимала, прекрасно понимала, зачем Михаил приволок меня сюда (подальше от демонов), поэтому сразу начала излагать краткий вариант своего видения. Мэтт слушал меня с удивленным лицом, в отличие от архангела. Тот воспринимал мою информацию с совершенно непринужденным выражением, изредка посматривая на скопление черноглазых неподалеку. Возможно, он был поражен тем, что я рассказала, но просто не показывал этого. Типо гордый, ей Богу! Лично тогда, когда Михаил ел шоколадку, сидя на лавочке, то нравился мне больше, потому что не был безразличен в своих эмоциях, как сейчас.
Демоны, судя по шуму, начали останавливаться неподалеку. Периферийным зрением я заметила, что они зашевелились, найдя нас среди ангелов, потом, словно какие-то скоты, стали кричать не очень хорошие слова в нашу сторону, да говорить разнообразные угрозы, мол – уйдите с нашего пути, а ни то пожалеете! Едкий голос, горланящий: «Эй, вы трое, что прячетесь? Испугались, небось?» вызывал во мне злость, которая медленно отражалась на лице. Чей-то длинный монолог, произнесенный нескрываемо-ядовитым тоном про мою живучесть, дал мне твердо понять, кто его обладатель.
Мерзкий. Гнусный. Противный. Беспощадный. Жестокий. Не знающий никаких светлых чувств демон с уродским именем – Азаель. Получается, раз он на этом поле и является одним из возглавляющих армию себе подобных тварей, следовательно, где-то неподалеку есть и другой возглавляющий. А точнее, сам Король Ада.
Люцифер.
О. Боже. Мой. Настоящий Дьявол сейчас околачивается где-то возле нас и готов напасть в любую секунду, хотя, к великому счастью, пока этого не делает по каким-то причинам. Может быть, он желает что-нибудь сказать перед кровопролитием? Ммм… не думаю.
А хотя, вполне возможно…
Я, не обращая внимания на крики демонов, быстро договорила Мэтту и Михаилу, какой кошмар нас ждет впереди. Я пыталась им объяснить, что нужно искать другой выход, кроме сражения, но они не видели его, ибо говорили, мол – выход только один. Единственный. Тот страшный.
Узнав о нашем будущем крахе, архангел заметно побледнел, как и Мэтт. Его надежда на победу угасла чрезвычайно быстро, оставив после себя лишь немую пустоту безысходности. Он понимал – если мы не станем сражаться - будем убиты адскими существами, которые, расправившись с нами, пойдут на людей. А… если будем сражаться, то… нас постигнет такая же участь – смерть, но она хотя бы не станет такой жалкой и ничтожной, потому что умирая от лап врагов, корчась в агонии на земле, мы будем знать, что сделали все возможное, отдали последние силы, пытаясь идти к победе…
Мы втроем осознавали насколько наши шансы ничтожны, но не смотря на это, не смотря на то, что нас всех не станет сегодня, мы не опускали руки, хоть почти потеряли какую-либо надежду. В отличие от Михаила и Мэтта, я не гасила в себе такой крохотный огонек надежды, твердящий: «Не сдавайся. Выбери другой путь. Ведь он есть, просто… найди его»…
Решив ничего не говорить ангелам, не разрушать их стимул моим страшным видением, Михаил твердо оповестил меня и парня: «Мы будем сражаться, пока не умрем. Мы не будем сдаваться, даже не смотря на крах, который ждет нас в будущем. Пусть мы все умрем, но зато умрем с честью, зная, что пытались предпринять хоть какие-то меры, защитить людей, не дать демонам подобраться к ним. Не думайте о том, как «уйдете», не размышляйте над этим, не вешайте носы, а просто сражайтесь! Кредо ангелов «Сила, бесстрашие, отвага» каким было, таким и должно остаться. Мы обязаны следовать ему».
Теперь я поняла, что значила та гравировка на клинке, данным Михаилом мне, который я – идиотка выронила где-то на поле. Эти три слова, являющиеся подобием девиза Божьих существ, вызвали во мне восхищение, неожиданный прилив энергии и гордость…
Я должна быть сильной, бесстрашной, отважной, если буду сражать плечом плечу вместе с ангелами. Я обязана забыть свой страх, неуверенность, слабость; обязана навсегда стереть образ вечно испуганной девчонки с постоянно мокрыми глазами, заменив его на совершенно другой. На противоположный….
Пожав руку Мэтту и кратко поблагодарив меня за помощь (хоть самую малую), арх направился вперед, когда очередная партия нехороших слов полетела в его сторону. Переглянувшись с Мэттом, мы последовал за ним, а после остановились рядом, прямо в нескольких шагах от извивающихся в нетерпении демонов. Мое сердце неистово колотилось в груди, руки слегка дрожали, а глаза, округленные до невероятности, пробегались по их наглым лицам. Причем довольно злым. Я не знаю, сколько было передо мной черноглазых, но явно не мало. На каждом из представителей этих тварей висели доспехи, сделанные из рения; в их руках красовались… разнообразные мечи и клинки из единственного, убивающего ангелов, металла. Огнестрельного оружия я у них не заметила, к счастью…
«Дыши спокойно», — приказала я себе, наполняя легкие до жути холодным воздухом.
Главное – не бояться.
Страх стереть.
